Сказал, что никакие дети ему не нужны, тем более от меня, что он вообще меня не любит и никогда не любил. И вообще, у нас это несерьезно. Типа он не ожидал, что все зайдет так далеко.
— О боже…
— Да, добавил, что просто со мной развлекался. Что его проект тут готов, и он уезжает. И что я все усложнила. А раз усложнила, то мне и решать. Но он, разумеется, готов помочь деньгами.
— В смысле? Помогать ребенку?
Лена наградила меня взглядом из серии «ну ты и наивняк» и продолжила:
— Нет, Алиса.
Подруга тогда не сдержалась и все-таки расплакалась. Я положила руку на ее ладонь и начала ее гладить.
— Я жутко распсиховалась, начала орать на него в ответ, и вдруг живот снова прихватило. Но он болел как-то странно, не как при месячных, и тогда я решила вызвать скорую. Думаешь, Виктор остался со мной? Нет, он ушел, бросив на диван деньги. Откупился. Сказал, раз уж попаду в больницу, пусть там заодно решат и этот «вопрос».
Я ошалело уставилась на Лену.
— Вопрос? Это он своего возможного ребенка так назвал? Вот подонок!
— Когда приехала скорая, меня забрали в больницу с подозрением на аппендицит.
— Лен, ты что? Это нельзя так оставлять. Нужно что-то делать! — загорелась праведным гневом я.
— Что? — усмехнулась подруга. — Еще предложи просветить его жену, за кем она замужем. Она мне не поверит, а доказательств у меня нет.
— Совсем никаких?
— Совсем. Он общался со мной с телефона и симки, которых наверняка уже нет. Через соцсеть с исчезающими сообщениями, и разумеется, он там был не под своим именем. Мы даже встречались тайком, снимая номера за наличку, без документов. Или вообще у меня. Короче, мое слово против его. Кому поверят? Уж точно не мне. Я сама виновата, что повелась на его россказни. Ты была права: они всем так поют.