Молюсь, чтобы с Ваней все было хорошо.
Когда в коридор выбегает тетя Наташа, она даже не замечает меня. Несется к доктору. В палату Вани тут же бегут Петр Сергеевич с медсестрой. Я нервно сжимаю кулаки. Ваня очнулся. Слава Богу. Слезы катятся по щекам. Тут же вытираю их. Проходит 10 минут. Тетя Наташа выходит из палаты со счастливой улыбкой на лице. И, наконец, замечает меня.
— Алиса, солнышко, ты здесь? — удивляется она. Я только киваю. Она улыбается. Все понимает. — Иди к нему.
Она обнимает меня на прощание, идет к выходу. Я на дрожащих ногах захожу в палату. Не замечаю обстановку. Вижу только его. Ваня лежит на кровати, голова уже не перемотана. Он очень бледный. На руке гипс. Я тихо подхожу к нему. Хочу дотронуться, но боюсь. Грудь равномерно поднимается и опускается. Кажется, он успел уснуть. Не хочу потревожить его. Просто посижу рядом на стульчике. Неожиданно его веки начинают дрожать.
— Алиса, — шепчет он. Я в секунду оказываюсь рядом. Склоняюсь к нему.
— Спи, Вань, я рядом, — тихо говорю и легко целую в губы. Он довольно улыбается и снова крепко засыпает. Я же сажусь на стульчик. Знаю, что не смогу уйти, пока он в таком состоянии. Сейчас я хочу быть рядом с ним. Мои обиды теперь кажутся сущим пустяком. Его здоровье на первом месте.
Глава 20. Алиса
Я провела в палате Вани ночь. Он крепко уснул, поэтому я перебралась на диванчик, стоявший у окна.
В голове возникли воспоминания о нашем с Ваней последнем разговоре. Страшно подумать, что он мог быть последним. Как бы я потом себя чувствовала? Даже думать об этом не хочу. Вспоминаю слова Марка. Я с ним согласна полностью, что Ваня иногда слишком поддается эмоциям. Даже Лера как-то жаловалась мне, что Ваня на взводе может наговорить лишнего, а потом долго извиняется.