Лера подходит комоду, берет с него пижаму, в которой я всегда сплю, когда остаюсь у нее с ночевкой и показывает головой в сторону ванной комнаты. Я молча киваю. Принимаю освежающий душ. На пути в кухню, захожу в детскую Лешка сладко спит на спинке раскинув ножки и ручки в стороны. Маленькая звездочка. Не могу удержаться. Наклоняюсь над кроваткой и целую его в лобик. Как он божественно пахнет маминым молочком. Боже, подари мне такое же счастье. Больше ничего просить не буду! Захожу на кухню. Лера как раз разливает кофе по кружкам.
— Может, тебе чего покрепче? — вдруг спохватывается подруга.
— Нет, спасибо. Мне Марк уже наливал ликер. Норму алкоголя на неделю за раз употребила.
— А теперь расскажи, что было, — просит Лера. — Марк в подробности не вдавался, но был очень злой. Я давно его таким не видела. Сказал только, что позавидовал Ване, что он первый добрался до Стаса.
— Да, мужчины у тебя — настоящие львы, — улыбаюсь я и рассказываю Лере все, что происходило в клубе.
Глаза Леры раскрываются все шире и шире. Она напрочь забыла про кофе и мороженное. Внимательно слушает, не пропуская ни слова. Сама не замечаю, что плачу. Слезы просто катятся по щекам. Вытираю их ладонями и делаю глубокий вдох.
— Вот же скотина… — выдыхает Лера в конце моего рассказа. — Как можно быть таким моральным уродом, чтобы поднять больную для тебя тему при каких-то проститутках.
— Я сама в шоке Лера. Я никогда бы не подумала, что он опуститься до такого. Я, конечно, понимала, что увижу его в клубе с другой. Но вот так! Шлюхи, откровенные слова, действия. А потом это прилюдное моральное избиение. Что я такого ему сделала, чтобы так меня унижать?
— Ревность — страшная вещь.
— Дак а повод.
— Ну, ты этого не замечала, а я видела, как он бесился, когда на тебя другие парни внимания обращали.
— А Маша? — выдыхаю я. Вот оно значит как.