Клим имеет право знать — многие месяцы я твердо держалась этой позиции. Искала его, пыталась передать новости о дочке. Однако сейчас, когда встреча реальна, становится страшно.
Как ни горько признавать, к сожалению Герман прав: у Клима достаточно денег и связей, чтобы отобрать Нику. В прошлом ради меня он пошел на преступление — ворвался со своей охраной на чужой склад и устроил там настоящий погром. Хаванскому было плевать на арест и тюремный срок.
На что он пойдет ради родной дочери, не хочется даже думать.
— А они… — Катя качает головой.
— Он не знает о ней. Так вышло. — Не представляю, как кратко объяснить все, что между нами случилось.
— Тогда ему капец! — Она заливается хохотом. — Этот шустрый ангелочек никого не оставит равнодушным. Папа у нее детские макарошки будет из рук есть. — Катя, по сути, повторяет мою собственную сегодняшнюю мысль.
— Надеюсь. — Краем глаза кошусь на мигающий экран телефона.
— Вот увидите!
Заметив молодую парочку, Катя поднимается с лавки и спешит навстречу.
***
Алексей звонит через пару минут. Убедившись, что Ника надолго застряла в песочнице, я отвечаю на звонок.
— Вы уже получили приглашение? — спрашивает Фролов сразу.
— Да, от Вольского. На презентацию. Через неделю.
— Контракт еще не подписан, но мы в обойме. Это отличная новость! — Кажется, Алексей готов начать праздновать.
— Наше участие в презентации пока ничего не значит.
— Диана Дмитриевна, Ярослав Борисович лично отправил нам письма! Даже не секретарь! Мне кажется, это не просто так.
— Конечно... Хотелось бы.
— Я сделаю последние расчеты и вышлю им наши рекламные материалы. Все будет в самом лучшем виде. Но представлять проект придется вместе.
— Не уверена, что для компании это будет лучше.
— Не знаю, что именно прислал вам Вольский.
В моем приглашении ничего подобного нет. Внизу лишь одинокое «Ждем» и дата. Только сомневаться в словах Алексея не приходится.
— Тогда… на все про все у нас неделя.
Ничего нового, именно таким был изначальный план. И все же тревога липкой лентой окутывает тело.