Как и многое из случившегося в этой комнате, подобное фаер-шоу в моей жизни впервые. От него так и веет легким помутнением рассудка. Однако, когда Диана выходит из душа, я мгновенно забываю о новом диагнозе.
— Клим, ты... — Удивление на ее красивом лице сменяется восторгом. — ...ты все же это сделал. Спасибо.
— Цветы остались в гостиной. Могу сходить за ними.
Скольжу голодным взглядом по обнаженной фигуре. Диана не стала набрасывать халат или кутаться в полотенце. Моя фантастическая женщина, похоже, решила сегодня быть смелой.
— Няня может сильно впечатлиться, если вы встретитесь.
Она делает то же, что и я, — разглядывает, изучает. Без тревоги, как в прошлый раз. С чем-то новым, что пока не понятно до конца.
— Тогда не будем ее впечатлять. Маленькая еще.
Я подхожу и кладу руки Диане на талию.
— Клим, тебе, наверное, об этом уже много раз говорили... У тебя потрясающее тело.
— Открою секрет: на него можно не только смотреть, но и трогать. Местами нужно!
— Мне хочется трогать.
— Я весь твой. — Мои ладони стекают на ягодицы и мнут эти совершенные округлости. — Стоп-слово прежнее.
— Боюсь, ты сбежишь, если все закончится, как в прошлый раз. — На миг в глазах Дианы мелькает испуг.
— Я могу сбежать, только чтобы охладиться и начать заново.
— И сколько раз?
— Надеешься избавиться от меня? — Качаю головой.
— Считаешь, это невозможно? — Мое голое совершенство делает короткий шаг навстречу и обнимает за плечи.
— Уверен. Не дождешься.
Член уже ломит.
"— Клим Хаванский, ты ненормальный, — вырывается у Дианы вместе со стоном.
— Повернутый на тебе.
Поднимаю ее еще раз, но теперь не спешу. Ныряю лицом в сказочную ложбинку. Ласкаю языком нежные полушария, посасываю набухшие соски. Втягиваю их в рот и бью языком по чувствительным вершинкам.
На короткий миг я спускаю с цепи свою одержимость. Разрешаю забыть о долбаном контроле и осторожности. Загибаясь от запаха и вкуса, чуть не вою от потребности трахнуть эту грудь — свести вместе сочные половинки и разрядить, наконец, между ними яйца.
Дикое желание! На грани наваждения.
Прихожу в себя, лишь когда Диана начинает царапать мне спину.
— Кошка. Дикая. — Оторвавшись от груди, несу свою женщину в кровать.