Это ведь маленькая, позволенная самой себе, сказка? Так почему бы ею не насладиться до такой степени, до какой позволит случай?
До города они ехали дольше, чем раньше из него — умудрились попасть в тянучку, признаться друг другу, что проголодались, завернуть на заправку…
Купили хот-доги и колу, вернулись в машину, стали есть с таким аппетитом, будто голодали весь день… Переглядывались чуть заговорчески, Стас улыбался Даше-Носику, она краснела каждый раз в смущении…
— Раз у тебя есть диплом, значит… Ты чуть лукавил, когда говорил, что вы с Тёмой просто баловались? — Даша не хотела уличать Стаса во лжи, просто… Это был повод еще немного с ним поговорить.
— Лукавил, — Стас кивнул, смял обертку от съеденного хот-дога, забросил в бумажный пакет, прислонился виском к подголовнику, пожалуй, слишком внимательно смотря на Дашу… Есть стало куда сложней.
— А родители знали?
— Мои — да. Ваши — нет. Тёма знал, что будут против. На свой параплан, помню, собирал год. Откладывал с карманных, а когда купил — у меня хранил, чтобы не засекли.
— А твои не были против?
— Мои? Были, конечно. Но я как-то особо разрешения не спрашивал, а вы с Тёмой… Более послушные дети, — Стас улыбнулся, рука дернулась… В который раз уже хотел по носу девчонку щелкнуть, но сдержался.
— Послушные, тоже мне… Я и не узнала бы, если ты не привез бы сюда.
— Его только родители опекали, Даш. А тебя — и он тоже. Забота — она такая…
— Удушливая… — Даша выдохнула, и практически тут же пожалела, испытала стыд за слова. Ведь всегда была благодарна за заботу.
— Иногда и удушливая. Ты права… — Стас, к сожалению, не пропустил ее замечание мимо ушей. Продолжал смотреть спокойным взглядом, умиротворенным что ли, думать о чем-то своем. — Скажи мне, Носик, ты гордишься своей смелостью? Рискнула ведь полетать…
Следующий вопрос застал Дашу врасплох.