Во-первых, ты, Александр, забываешь мой небольшой должок, а во-вторых, ты, волк, при следующей нашей встрече отдашь мне то, что я потребую. Возможно, мне понадобится всего лишь крохотная услуга: кружка воды, к примеру, или…"
"— Стоп! Стоп! Не соглашайся, — вклинился князь.
— И все эти мелочи в обмен за спасение твоей матери. Считай меня альтруистом, — закончил Балаам.
— А если ты потребуешь чью-то жизнь? — спросил молодой волк.
— Нет, даю слово. Я не буду от тебя требовать ничью жизнь. Александр свидетель. По рукам? — демон протянул раскрытую ладонь.
Оборотень чиркнул носком ботинка по полу, растирая на камне запекшуюся кровь и сажу:
— Я согласен.
“Какой прекрасный день, — довольно отметил Балаам, сжимая горячую ладонь. — Молодой волк добровольно отдал собственную дочь. Еще не рожденную дочь…”.
* * *“Вот она, истинность”, — демон присел у бездыханного тела молодой женщины.
— Успокой, он мешает сосредоточиться, — бросил небрежно за спину, выпрямляясь в полный рост.
Князь встряхнул оборотня:
— Арнар, — позвал по имени. — Арнар! — но в том, в ком пару минут назад можно было узнать человека, разбитого горем, но все же человека, победил зверь. Он полностью поглотил человеческий разум. Оборотень не помнил своего имени, не помнил своих близких, бросая на членов стаи не менее настороженные взгляды, чем на принца Преисподней.
Оборотень бесновался, рвался к бездыханной паре. Надрывно выл, оплакивал свою потерю и тут же остервенело щелкал у лица вампира продолговатой пастью, скаля внушительные клыки, грозя вывернуться и намертво вцепиться в горло врага, а из-под задних лап волка летели комья рыхлой земли вперемешку с сухими сосновыми иглами.
Угрожающее утробное рычание перемежалось с наполненным тоской воем, плавно затихающим и переходящим в душераздирающее поскуливание.
Александр плотнее обхватил мощное тело, покрытое жесткой темной шерстью. Стянул до хруста ребер в массивной грудной клетке.
""Пара — дар и одновременно проклятие"", — хмыкнул демон.
С потерей истинной пары любое бессмертное существо лишалось частицы себя, а те, кто был слабее — погибали. Теряли интерес к жизни, медленно угасали, таяли…
— Действуй! — молодой волк нетерпеливо выкрикнул.
Балаам отвел взгляд от обескровленного красивого лица. Скинул пиджак, чуть ослабил галстук, обошел тело.
""Ко мне!"" — мысленно отдал приказ своим легионам.
Ответ последовал незамедлительно, духи тянулись к своему хозяину.