Так и не продал ему свой рудник, а ведь он ему по-хорошему предлагал, так нет же, это, говорит детям моим достанется…
Князь сперва хотел послать людей, чтобы привезли зарвавшегося помещика, но потом немного успокоившись и поразмыслив, решил, что снова попробует сначала договориться по-доброму.
Давно Ставровский никуда не выезжал, тоже полезно будет. Князь крикнул доверенного слугу и велел ему собираться:
— В Никольский уезд поедем, собирай и предупреди Марию Ивановну, да пошли записку Кириллу Николаевичу Балашову, со мной поедет…
Глава 16
За день до описанных событий.
Сегодня к обеду ждали барона Курдепова Римаса Вагановича с супругой. Барон прибыл в шикарном экипаже, но привёз не только супругу. С бароном прибыл граф Анджей Любомирский, представитель Понзского княжества.
Ирина оглянулась на Забела, но тот тоже видел надушенного графа впервые. А граф был хорош, он был похож на тех вельмож с картинок о дворцовой жизни Людовика Четырнадцатого*, которые Ирина видела в альманахах, когда раздумывала о поездке во Францию в прошлой жизни и продумывала туристические маршруты.
(*Людовик XIV де Бурбон, получивший при рождении имя Луи-Дьёдонне («Богоданный»), также известный как «король-солнце»)
На голове графа Любомирского был огромный парик, завитый крупными локонами, Ирине даже захотелось его сорвать, потому как казалось, что граф непременно должен быть лысым. Камзол понзского графа тоже был коротким, как и у незабвенного маркиза Уэлсли, но ещё был обшит таким количеством кружев, что казалось, что мужчина вышел «из пены морской» или мыльной.
Лицо у графа было смазливое, но мелкие черты лица напоминали хорька, особенно этому способствовали маленькие усики над верхней губой, которые, как и парик казались чем-то инородным. Сам граф, судя по всему, считал себя неотразимым, потому как изобразив замысловатый поклон и обдав Ирину неслабым ароматом приторных духов, сделал шаг вперёд, приблизившись на почти неприличное для незнакомых людей расстояние, посмотрел на Ирину взглядом с поволокой, а потом попытался взять её за руку.