Лопатин стал гораздо лояльнее относится к Андрею после истории с похищением Танюши. Даже сейчас, как только Забела вошёл в кабинет, где обычно после обеда разбирал бумаги Леонид Александрович, тот снова рассыпался в благодарностях за помощь и поддержку.
— Леонид Александрович, то, что я вас сейчас спрошу ни на что не повлияет, просто это в моём характере, если я что-то не понимаю, то обязательно мне надо это узнать.
Забела замялся, вероятно стараясь подобрать слова, но, видимо слова не находились, и он спросил так как есть:
— Ирэн Леонидовна весьма необычная женщина с необычными знаниями и умениями.
Лопатин сразу посерьёзнел и даже нахмурился, несколько мгновений помолчал и сказал:
— Я, конечно, не хотел бы с вами обсуждать Ирэн, но уж коли вы наш спаситель и знаю, что не желаете нам зла, то скажу. Ирэн всё больше и больше становится похожей на свою мать, мою покойную супругу. Та тоже была горазда придумывать всякие оригинальности и столько в ней энергии было, что все вокруг неё «загорались».
Забела задумчиво слушал и смотрел на Лопатина. Было похоже, что тот верит в то, что говорит. А и правда всё сходилось.
Ну вот и ладно, — подумал Забела и наконец успокоился.
А вот Лопатин, закончив свою речь, не остановился, а постучал по столу, привлекая внимание задумавшегося Андрея и произнёс то, что снова ввело Забела в состояние «ищейки»:
— Вот вы, граф, не там ищете, я бы лучше на вашем месте попытался разобраться почему Ирэн оказалась в январе на вокзале и упала там на рельсы, и сама ли она упала.
Забела как его алабай, почувствовал, что да, есть некая тайна, в которой надо разобраться, «вцепился» в Лопатина и не отпускал пока тот не рассказал ему всё что знал.