Ощущаю его позади. По позвоночнику бегают толпы горячих мурашек, внутри всё трепещет.
Замираю, сжав руки в кулаки, едва дыша. Боги, почему я так безумно волнуюсь? Словно речь идёт не о шнуровке, а о чём-то гораздо большем. Он ведь уже касался меня в таких местах, что даже думать об этом стыдно. Но та… ситуация в саду стала для меня полной неожиданностью. Не было тогда этого томительного ожидания и попыток предугадать, что мой похититель сделает дальше.
Сейчас же… после всех наших поцелуев, после его взглядов и провокационных намёков… после того, как я практически сама ему разрешила раздеть меня.
- Ты же не боишься меня, моя принцесса? – нежным бархатом касается моих волос его дыхание. Мужские ладони ласково пробегаются по моим предплечьям, пальцы на миг обхватывают запястья.
- Нет, - отвечаю абсолютно уверенно.
- Значит… дрожишь ты не от страха? – проведя костяшками обратно вверх, он сжимает плечи, собирает мои волосы и перекидывает их на грудь.
- Нет, - качаю головой, прежде чем успеваю задуматься над ответом.
- Меня это очень… радует, малышка, - целует мою шею сзади.
Ох… мои коленки почему-то вдруг слабнут подгибаясь. Затаив дыхание, я теперь всем своим существом прислушиваюсь к тому, как Азим начинает распускать шнуровку, к прикосновениям его пальцев. Края мягкого корсета расходятся. А следом приходит щекочущее ощущение чужого дыхания на моей обнажённой коже. Мужские губы касаются точки между лопаток. Обжигают обнажённую кожу прямо над краем тонкой камисоли.
Вздрогнув, я хватаю том воздух. Веки тяжелеют. Мне хочется ещё. Так хочется, хоть и страшно. Пока что, к счастью, я способна думать о последствиях.
- Знала бы ты, как я жду, что когда-то ты позволишь мне раздеть тебя не для того, чтобы ты могла одеться обратно, - в хриплом голосе Азима чувствуется улыбка. – Тебе будет хорошо со мной, маленькая. Когда согласишься.
Распустив шнуровку до конца, он запечатлевает ещё один поцелуй, уже на моём плече, и отстраняется.
- Я подожду тебя снаружи.
И выходит на террасу через раздвижные двери, оставляя меня наедине с моими взбудораженными эмоциями и непривычными желаниями.
Матерь Пресветлая, что этот мужчина творит со мной? Как ему удаётся зажигать моё тело одним лишь прикосновением? И как мне сохранить ясность мышления, когда хочется просто сдаться ему, согласиться на всё?
Отрицать, что происходящее приносит мне настоящее удовольствие, просто-напросто глупо.