Никогда не понимала женщин, которые прощают предательство, не измену, здесь оступиться может каждый, а малодушие, страх за свою шкуру. Когда отправляют жену поговорить с шумными соседями или разгулявшейся компанией под окнами, мотивируя тем, что женщине они вряд ли что-то сделают, а его (мужа) могут и побить. Каждый такой вроде бы ничего не значащий поступок камнем ложится на душу, червячок сомнений начинает разъедать любовь, привязанность. И если такие поступки назвать однозначно предательством нельзя, то действия Сайнура попадают под это слово полностью.
Глава 13
Мы уже третий день гостили в столице, но пока не приблизились к цели нашей здесь остановки. Даян был оставлен в пригородной гостинице со строгим наказом вести себя тихо и ни во что не влипать. Он должен был изображать из себя провинциального абитуриента, желающего поступить в столичный вуз. По возрасту он вполне подходил, и легенда объясняла, что молодой человек делает один в столице. Сайнур даже пожертвовал для него свой блондинистый парик и усы, парню несказанно шел новый имидж, я очень переживала, что когда мы закончим с делами и вернемся за ним, он уже окажется женат на какой-нибудь девице.
Мы же с Сайнуром поселились поближе к центру, рядом с каким-то музеем, изображая из себя молодоженов. Наемник этим безнаказанно пользовался, тиская меня на людях, целуя или хлопая по попе, я была в тихом ужасе от таких порядков.
"Днем Сайнур меня ""выгуливал"". Мы посетили столичный театр, ничего особого, какая-то история о любви, не сказать, что бы актеры плохо играли, но я была избалована нашими технологиями, и после 3D фильмов их театр смотрелся скромно. Окружающие же нас люди сопереживали героям, большинство женщин плакало.
— Тише, тише, золотце мое, это всего лишь спектакль, не надо так расстраиваться, — поглаживал меня этот садист по голове, играя на публику.