Бойцы поднялись, приводят себя в порядок, повар готовит завтрак.
– Ты проследи, чтобы дыма было немного.
– Да, конечно, но кто его увидит?
– А вот это неизвестно. Значит, сегодня займи людей обустройством запасной базы. Там наверняка всем хватит дел.
– Дел-то хватит. А мы должны весь день пробыть в ущелье?
– Да.
– Извините, конечно, но хотелось бы знать, да и подчиненные спрашивают, когда приступим к настоящей работе?
– Как только получите приказ. А до того момента находиться в ущелье.
– С полчаса назад вдоль приграничного хребта проскочили два «Ми-24».
– Это дежурный облет. Но количество вертолетов может увеличиться. Нас обязательно будут искать, поэтому основное внимание удели маскировке базы от наблюдения с воздуха. Чтобы пилоты, пролетая над ущельем, никого не видели.
– Конечно, Басир.
– Как там Адил Басар?
Этот человек руководил третьей боевой группой банды Дабирова и сейчас вынужден был подчиняться Ханидзе. Характер имел дерзкий, вспыльчивый, начальство слушал беспрекословно, но среди равных терпеть не мог роль второго номера, открыто выражал свое недовольство, желал быть старшим.
– Вы же знаете его натуру, командир.
– Поэтому и спрашиваю.
– Пока проблем не возникало, но заметно, что внутри у него все кипит, особенно когда я отдаю команды бойцам обеих групп. Лучше бы вы назначили его старшим.
– Нет! Адил сильный воин, но он похож на молодую овчарку. Упустишь контроль, она обязательно попытается выйти из повиновения.
– Я все понял.
– Хорошо. Занимайся базой и командуй. В Кабране сейчас ты главный.
– Да, Басир.
– До связи!
– До связи!
Из душевой вышла мадьярка, потянулась, отчего прозрачный халат распахнулся и обнажились все ее прелести:
– Хорошо! И не подумаешь, что мы в каком-то горном ауле.
– Для тебя, Нора, все, что пожелаешь.
– Да? Тогда ложись в постель, дорогой.
– Кроме этого. Мне хватило ночи. Разве тебе было плохо?
– Ты же знаешь, Басир, я хочу тебя всегда.
– Одевайся. Пойдем завтракать.
– Нам не принесут завтрак сюда?
– Ты хочешь, чтобы это сделал я?
– Почему ты? У тебя много подчиненных."
"– Вот именно, дорогая, подчиненных, а не прислуги.