Также глава рода Румянцевых сохранял своё место в Высшем совете. На это я ответил расплывчато, потому что считал необходимым его упразднить. Василий понял к чему я клоню, и попросил время на раздумья.
Когда обсуждение было закончено, мы пожали друг другу руки, и я пригласил Румянцева и членов его рода к нам в гости на обед. После чего нужно было собираться в столицу. Пока будем лететь в Санкт-Петербург, Орлов уже должен будет прислать сообщение, описывающее общую картину в высшем свете. Но в любом случае, больше не было смысла медлить.
Не успел я выйти из кареты, как мне сообщили, что к Балакина приближается дирижабль с гербом Макарова.
Ко мне подошёл Василий.
— Если Вы не будете против, то я хотел был поехать с Вами встретить Степана Осиповича.
Немного подумав, я ответил.
— Не имею ничего против.
Отправив женщин накрывать на стол, а свиту Макарова немного передохнуть с дороги, мы выдвинулись к посадочной площадке.
Ещё не успел дирижабль приземлиться, а Макаров уже стоял рядом с нами, спрыгнув с высоты примерно в сто метров и приземлившись с помощью водной воронки.
— Позёр, — усмехнулся Василий. И хоть расстояние до Макарова было большим, тот услышал слова Румянцева.
— Вася, уж кого не ожидал здесь увидеть, да ещё мирно стоящим в компании с Яраром, так это тебя. Знал бы, что ты здесь, из вредности заставил бы тебя ждать ещё минут двадцать пока судно не сядет, а мне не постелют красную дорожку.
— Степан, не прошло и часа, как я лично убедился в этом. Близнецы, мальчик и девочка."
"— Хмм, — произнёс Макаров. — А вот про это в сообщении умолчали. — И усмехнувшись продолжил. — Но так даже лучше.
— Мы собираемся пообедать, после чего лететь в столицу, — сказал я.
— Согласен, нам нельзя терять время. Ты подготовил договор о намерениях?
— Да, — ответил я. — После обеда подпишем.
— Хорошо. И, Ярар, когда начнётся война, я попрошу тебя снова приютить у себя Ксению и Вадима.
— Могли бы и не просить, — произнёс я. После чего он кивнул, и мы пошли в карету.
* * *
Только к вечеру мы поднялись в воздух направляясь в столицу.