Она обратилась к Стефану.
— Разве ты не чувствуешь этого? Есть кое-что здесь, в Церкви Фелла, что-то нечеловеческое, и оно никогда не было человеческим, я имею ввиду. Что-то, что преследовало меня, сбросив мою машину с моста. Что-то, что заставило этих собак напасть на людей. Какая-то ужасная сила таится здесь, какое-то зло… — ее голос затих, и она посмотрела в ту сторону, где, за стенами церкви, лежала Бонни.
— Какое-то зло… — повторила она мягко. Холодный ветер, казалось, обдувал ее всю, и она обвила себя руками, чувствуя уязвимость и одиночество.
— Если ты ищешь зло, — сказал Стефан резко, — Не нужно ходить слишком далеко!
— Не будь еще более глупым, чем ты есть! — ответил ему Дамон. — Я сказал тебе четыре дня назад, что что-то убило Елену. И я сказал, что собираюсь найти это что-то и заставить его пожалеть о содеянном. Вы двое можете продолжить ту милую беседу, которую я прервал своим появлением.
— Дамон, подожди. — Елена не могла остановить дрожь, которая прошла сквозь нее, когда он сказал «убило».
— Независимо от того, что это такое, оно — очень сильно, — сказала она. — Я чувствовала это, когда оно меня преследовало. Оно будто занимало все небо. Я не думаю, что кто-либо из нас способен столкнуться с этим в одиночку.
— Неужели?
— Да… — у Елены не было времени на дальнейшее построение планов. Она действовала инстинктивно, по интуиции. И эта интуиция говорила ей не позволять Дамону идти одному.
— Так… Я думаю, что мы трое должны держаться вместе. Так у нас будет гораздо больше шансов, чтобы понять, что происходит и разобраться с этим, чем по одиночке. И, возможно, мы сумеем остановить это прежде, чем пострадает кто-либо еще.
— Моя дорогая, я предпочитаю быть проклятым в одиночестве, — очаровывающе сказал Дамон. На его лице появилась одна из его ледяных улыбок. — Если только ты полагаешь, что это — твой выбор? Помни, мы решили, что, когда ты будешь более рациональна, ты сделаешь свой выбор.
Елена уставилась на него. Конечно, это не был ее выбор, если он именно это имел ввиду. Она носила кольцо, которое Стефан подарил ей; она и Стефан принадлежали друг другу.
Но тут она вспомнила кое-что еще, лишь вспышка мелькнула в голове: она ищет лицо Дамона в темноте леса, и испытывает такое… волнение, такую близость с ним. Как будто он разгадал то пламя, которое всегда горело в ней, как никто ранее не мог.