Она стала его женой!
Знала бы она что тогда, что в семнадцать, что будет мучаться и планировать развод…
А может быть, если бы знала, не совершила бы этой ошибки…
А было ли все это ошибкой? А может быть, она ошибалась теперь?
Слишком много вопросов. И ни одного ответа.
Боги, помилуйте, ну что она сделала?"
"Развод… Все равно, что своими руками вырыть яму, отправив их брак и все, что между ними было, в могилу. Похоронить эти воскресные встречи с его мамой. Возможность сидеть у него на коленях, прятаться на его груди… Она знала его едва ли не с рождения.
Ей так хотелось, чтобы все могло наладиться. Чтобы они смогли донести эти воспоминания до самого конца. Но она уже не особо верила, что это возможно. Так, теплилась едва живая надежда…
Почему нельзя развестись и при этом иметь возможность быть вместе дальше? Расстаться, но при этом сохранить какие-то права друг на друга? Они же не чужие люди.
— Ты мне врешь, — пробормотал Григорий. — Ты грустная.
Яра опустила голову.
— Тебе кажется.
— Яра, что происходит?
Просто сказать ему и покончить с этой неопределенностью и злостью на себя за то, что не может решиться и поставить точку… Но она боялась открыть эту дверь, понятия не имея, что найдет за ней. Мама была права, нужно было поговорить, но она не знала, как сделать это правильно. Будто она не пыталась говорить все эти годы…
О чем там они еще вчера договорились? Быть нежнее?
Раиса Олеговна мыла посуду на кухне, Яра слышала шум воды.
— Ты меня пугаешь, — нахмурился Григорий, кладя ладони ей на спину.
Яре казалось, у нее сейчас сердце разорвется от нахлынувшей нежности и от того, что она не хотела ее чувствовать.
— Я люблю тебя, — прошептала она, и в тот момент это было сущей правдой. — Я очень хочу тебя любить.
Ты большой и сильный. Спаси меня.
Григорий отстранился и посмотрел ей в глаза.
— Яра… — начал было он, но на кухне смолкла вода, и в коридоре послышались шаги, и они отпрянули друг от друга, Яра поспешно слезла с его колен.
В два часа дня Раиса Олеговна смотрела свой любимый сериал.