Но я продолжаю ласкать ее, растягивать изнутри, уделяя внимание твердому бугорку. Член болезненно ломится на свободу, а плотные джинсы только усиливают дискомфорт. Я начинаю слишком остро реагировать на нее, что не может не раздражать. Из приоткрытого рта льются томные вздохи, и в стремлении остановить, златовласка хватает меня за руку. Поднимает затуманенные похотью глаза и облизывает пухлые губы.
— Ты трахнешь меня, но чуть позже, не торопись, — уверенно заявляет мне блондиночка.
Сучка начинает преувеличивать свое значение, и я смеюсь ей в лицо.
— Детка, я трахну тебя, когда захочу. Но не сегодня. У меня нет на это времени, — вульгарно облизываю палец, — даже несмотря на то, что ты очень вкусная.
Она жадно следит за каждым моим движением. Я отстраняюсь и уже собираюсь вернуться на вечеринку, как меня останавливает ее взволнованный вопрос.
— Что? Даже не попрощаешься?
Ухмыляюсь, нервно дернув головой в бок, а после оборачиваюсь.
— Попрощаться?!
— Да. Ты же хотел этого, не так ли? — Она старается звучать более решительно, но поздно.
— В чем подвох?
Возвращаюсь и вновь вжимаю ее тело в стену. Кейси многозначительно хлопает пышными ресницами и запускает руки мне под кожанку, вырисовывая узоры на оголенной коже.
— Подвох?! Нет никакого подвоха, малыш, — заявляет она, впиваясь ногтями мне в спину и тем самым запуская очередную волну неконтролируемого возбуждения.
— Не стоит меня так называть.
Хватаю ее за волосы, откидывая голову назад, и нависаю над ней.
Улыбается сука, провоцируя меня на действия. Проклятье! Не могу понять, что задумала эта стерва.
— Удели мне часик, и я исчезну из твоей жизни.
Касается языком моих губ, но я грубо сжимаю волосы на ее затылке и отдергиваю от себя.
— Прости, малышка, сегодня никак не могу. — Отстраняюсь и замечаю в ее глазах растерянность.
"И спустя некоторое время мы уже заходим в просторное помещение с тусклым желтым освещением, где дубовый паркет полов поблескивает в полумраке, а стены, покрытые малахитовым бархатом, словно укутывают теплым пледом.