Обернулась, вежливо улыбнулась, демонстрируя набор белоснежных зубов и выдала:
— Доброго времени дня, леди!
— Что тебе нужно? — фурией прошипела Катрина, обратив ко мне вспыхнувший зелёным светом взгляд.
— Ого, у тебя фамильяр появился, — изумлённо воскликнула я, совершенно не обращая внимания на её злую вспышку.
Со мной она вообще нормально не общается. Уже привыкла.
— Да… Крыса, — скрипнула она зубами.
— Ондатра же. Очень милая, — хмыкнула я, приглядываясь к зверьку. — И вежливая, в отличие от тебя.
— Но она крыса!
— И фамильяр.
Я побрела к своей лошади, чтобы приладить к седлу сумку. Но оказалось, этим уже занимается Шторм.
— Как ни отвернусь, ты пропадаешь, — пожурил он.
— Там у Катрины фамильяр появился.
— Хороший знак, — одобрительно кивнул он.
— Я ей так же сказала. А то, что кры… ондатра. Какая разница? Зато мило и креативно.
— Не знаю, что это значит, — рассмеялся он, потянувшись ко мне.
И через мгновение я оказалась в крепких объятиях, возвращающих меня мыслями в моменты нашей близости. Горячее дыхание взъерошило волосы. И в груди стало тесно от нахлынувших чувств.
— Не отходи от Алексана. Он защитит.
— Ты же не будешь здесь рисковать? — спросила приглушённо, сжав пальцами ткань его рубашки.
— Волнуешься?
— Конечно. Только мужик в жизни появился…
— Я буду осторожен, — рассмеялся он, прижавшись губами к моему лбу.
— Смотри у меня.
Блэйквуд приподнял моё лицо за подбородок. И лёгкий поцелуй теперь достался губам. Слишком короткий, чтобы по-настоящему им насладиться…
— Скоро увидимся.
— А что по поводу шабаша?
— Алексан отправит письмо. Королю служит несколько ведьм.
— Кхм, королевские ведьмы? А они нормальные? Мне просто казалось, ведьмы предпочитают тайную и уединённую жизнь?
— Они верны короне, — расплывчато проговорил Шторм, мимолётно скривившись. — Для нас главное — результат, да?
— Наверное, — пробормотала я, приподнялась на цыпочках и сама чмокнула мужчину в губы.
Помотав головой, Шторм громко рассмеялся, но просьбу выполнил. Выпустил меня из объятий. Стало немного неуютно. И точно… привыкаю.
Наш отряд двинулся в путь. По узкой дорожке, вытоптанной вдоль берега, мы вели лошадей за собой, а потом, когда выбрались к основной дороге, забрались в сёдла.