В таком же недоумении, как Мейз над ящиком с колбасой, я стояла над коробкой, пытаясь припомнить, не заказала ли чего-нибудь по каталогу. Дернув за конец ленты, развязала бант, аккуратно раскрыла крышку. Содержимое было спрятано под хрусткой тонкой бумагой со смутно знакомой эмблемой, а наверху лежала каточка.
«Дорогая, не надо чувствовать себя обязанной! Я делаю подарок не тебе, а своему сыну», – писала красивым почерком с завитушками Илайза Ваэрд.
Похоже, мачеха Гаррета купила мне изумрудное платье по стоимости годового бюджета Ай-Тэри, маленького королевства, спрятанного в центре Крушвейской скалистой гряды и почти уничтоженного во время войны столетней давности.
С осторожностью, словно внутри лежала магическая взрывчатка, я раскрыла тонкую шелестящую бумагу. Внутри обнаружился вовсе не изумрудный бархат, а нечто кружевное красного цвета с белыми цветами. Мачеха Гаррета прислала кружевной корсет!
– О. Мой. Бог.
Мысленно возблагодарив этого самого бога, что открыла коробку в глубоком одиночестве, оторопело я подняла вещицу и почувствовала, как медленно меняюсь в лице.
В тишине раздался стук в дверь. От неожиданности я уронила исподнее в коробку и крикнула, пытаясь спрятать «красотищу» под крышкой:
– Кто там?
– Адель, могу я зайти? – позвал Гаррет.
Принесла же нелегкая в самый неподходящий момент!
– Нет! – в панике выпалила я, сминая и непослушную крышку, и коробку. – Не смей!
– У тебя что-то случилось? – по-настоящему забеспокоился он. – Все хорошо?
– Все отлично, честно! Подожди меня в коридоре! Я сейчас выйду, только переоденусь, – крикнула я и, злясь, пыталась справиться с коробкой: – Господи, вот уж удружила-то твоя маменька, Ваэрд! Хорошо, лично в руки не отдала.
Ничего себе забота о любимом пасынке! Нормальные матери присылают ящичками чесночную колбасу, а мне подарили женские трусы, такой прозрачности, что даже смотреть больно. Даже не мне, а Гаррету! Мол, гляди и наслаждайся, любимое чадо.
– Адель, ты с кем-то разговариваешь?
– Это у соседей.
– Соседи только что вышли из комнаты!
– Да проклятие, Ваэрд, что за приступ ревности?! – в отчаянии пробормотала я.