Чувствую, как под моей рукой все оживает.
Объятия мужчины становятся еще теснее и крепче. Но Неш больше ничего не делает, давая возможность мне проявить инициативу. Я чувствую, как Вейтар напряжен и едва сдерживается, вижу, как серьезно и внимательно на меня смотрит, и в то же время ощущаю его азарт и предвкушение от предстоящей игры.
Закусив губу, продолжаю трогать своего… начальника? Но уже и в других интересных местах. В частности, меня очень заинтересовал пресс мужчины.
— Вейтар, а… детей после этого у нас не случится?
— Нет.
— Точно?
— Могу дать клятву. Теперь я с этим очень осторожен.
Теперь? Что значит теперь?
Вопрос я задать не успела. Неш не выдержал и поцеловал меня так, как умеет только он. Властно, нетерпеливо, страстно. Так, что просто крышу сносит.
В этот раз все было по-другому. Никаких посторонних мыслей и страха. Страсть, желание и взаимный голод. Неш перестал сдерживаться, дав волю инстинктам. У меня вообще сложилось впечатление, что мужчина, что называется, дорвался.
"Как-то так получилось, что из спальни магистра мы не выходили весь оставшийся день и всю ночь. Еда была, как говорится, с доставкой прямо в номер. В перерывах между интимом, который случался у нас довольно часто, мы особо ничего не делали, Неш рассказывал истории из своей жизни, расспрашивал обо мне, мы валялись на кровати или сидели вместе на веранде, греясь в лучах теплого солнца.
Мы делали «это» часто и со вкусом. Надо было видеть, каким довольным и прямо-таки светящимся выглядел Вейтар. Никогда раньше не видела, чтобы мужчина так часто и открыто улыбался.
Ближе к ночи Неш включил артефакт с записью музыки и потребовал повторить для него то, что я вытворяла на стойке в ресторанчике. Мне не трудно, станцевала, после чего у нас вновь случился весьма бурный интим. И совсем уж позже, когда я засыпала, начальник выдал мне новый приказ — чтобы никаких больше танцев перед другими мужчинами. Я что-то согласно угукнула, чтобы спать не мешали.