Плохое изображение не позволяло оценить по достоинству работу оператора, кружившего над мертвецами подобно стервятнику, старавшегося со всех сторон зафиксировать увиденное. Два полуголых перепачканных тела, разметавшихся на земле, черные пятна запекшейся крови. Потом камера вдруг кинулась по тропинке и на экране возник третий труп – одетый и чистый, только лицо залито кровью, не узнать. Сквозь треск неожиданно прорвался обрывок комментария:
– …предположительно, криминальные разборки…
Вовец хмыкнул. Как же, разборки… Он нажал кнопку пульта, переключив телевизор на первый канал, который показывал без помех, и успел посмотреть конец программы ""Время"".
Штурмфюрер озверел, своих не щадит. Видно, решил, что его вервольфы слишком засветились, вот и убрал. И Гусю-Коршуну тоже в затылок выстрелил, пуля на выходе все лицо разнесла. Прямо палач какой-то! И Вовец с тоскливым ужасом понял, что штурмфюрер никогда не оставит его в покое.
Подошла Адель, потягиваясь, как довольная кошка, облокотилась на плечо Вовца, ласково мурлыкнула:
– Милый, переключи на что-нибудь поинтересней, а лучше пойдем спать.
Он нажал кнопку пульта, экран погас. Поднялся со стула, тоже потянулся и обнял Адель."
"– Это ты здорово придумала. День какой-то дурной выдался, сил уже никаких нет. Только, знаешь что, пойдем в баню?
– Спохватился, ага. Время уже пол-одиннадцатого.
Вовец только головой покачал, хотя сама идея ему понравилась.
– Ты не поняла. Пойдем в баню спать, а не париться. Знаешь, как-то неспокойно мне тут. Один раз нагрянули, могут и повторить.
– Может, лучше вообще уехать отсюда? – забеспокоилась Адель. – В самом деле, как нагрянут… Слушай, а ты не преувеличиваешь? Вдруг все наоборот: попробовали – не получилось, больше не полезут.
– Полезут, – вздохнул он, – ещё как полезут, только лучше подготовятся, чтобы на этот раз не проколоться. А уехать отсюда… – Вовец задумался. – Куда? Мою квартиру тоже наверняка обложили.