— Если вы не опустите эту свечу, милорд, она обожжет ваши пальцы."
"Тирион опустил свечу, взял ее за руку и притянул к себе. Шая пригнулась, чтобы поцеловать его. Рот ее пах медом и гвоздикой, ловкие и умелые пальцы отыскали застежки его одежды.
Когда он вошел в нее, она подбодрила его ласковыми словами и тихим удовлетворенным вздохом. Тирион подозревал, что восторг свой она изобразила, однако Шая сделала это хорошо и ему было все равно. Зачем знать обо всем правду?
В том, насколько Шая была нужна ему, Тирион убедился, когда она — после — притихла в его руках.
Он ощущал плечом ее мягкие груди. Приятное чувство. Песня наполняла его голову, и Тирион негромко засвистел.
— Что это, милорд? — прошептала Шая, прижимаясь к нему.
— Ничего, — отвечал он. — Песня, которую я запомнил мальчишкой, и ничего более, моя милая.
Когда глаза ее закрылись, а дыхание сделалось ровным и медленным, Тирион выскользнул из-под нее — осторожно, чтобы не потревожить ее сон. Голым он выбрался наружу, переступил через сквайра и отправился за шатер, чтобы побрызгать.
Бронн сидел под каштаном, скрестив ноги, возле привязанных лошадей. Даже не думая спать, он точил острие меча.
— Где ты отыскал ее? — спросил его Тирион, мочась.
— Отобрал у рыцаря. Он не хотел расставаться с ней, но ваше имя несколько переменило его настроение… ну и мой кинжал у горла.
— Великолепно, — сухо сказал Тирион, отрясая последние капли. — Кажется, я просил найти мне шлюху, а не врага.
— Хорошенькие все при деле, — сказал Бронн. — Охотно отведу эту обратно, если ты предпочтешь беззубую каргу.
Тирион прохромал к месту, где сидел наемник.
— Мой лорд-отец назвал бы эти слова наглостью и сослал бы тебя в рудники в качестве наказания.
— Стало быть, мне повезло, что ты не твой отец, — ухмыльнулся Бронн. — Я тут видел одну — вся рожа в прыщах, может, хочешь?
— Ну что ты… разбивать твое сердце? — ответил Тирион. — Я оставлю себе Шаю. Послушай, а ты не запомнил имя рыцаря, у которого отобрал ее? Я бы не хотел, чтобы он оказался возле меня в битве.