Удивительно, но впервые он позволил мне быть лидером, и это странное чувство, переполнявшее меня наравне со страхом, придавало сил двигаться дальше. Мы выбрались на свежий морозный воздух, и лишь здесь под светом неоновых вывесок и уличных фонарей, рука Натана, которую я вновь сжимала, переплетая пальцы, расслабилась.
– Домой? – осторожно поинтересовалась, направляясь к парковке.
– К тебе, – проговорил он.
Я согласилась. Мой дом был намного ближе, да и привычные стены сейчас нужны больше всего.
Дорога заняла около пятнадцати минут.
Выдохнув, положила руку на его ладонь, сжатую в кулак.
– Все хорошо. Ладно?
– Да, – ответил он.
Сомневаюсь, но должна поверить. Я бы хотела, чтобы он рассказал. Хотела бы помочь, но ведь сама такая же: молчу до последнего, а потом срываюсь.
Убрала ладонь, позволяя Натану заканчивать маневр, и взглянула на пальцы. Что-то теплое и влажное. Кровь? Черт!
– Натан? – голос дрожал. – Ты подрался? С Йоханом?
Сердце отчаянно застучало в груди.
– Не с ним.
– Тогда с кем?
Стало совсем страшно. Что же там произошло? И мы еще уехали! А вдруг… Ох, я не хотела думать об ужасающих последствиях, которые могли преследовать Натана.
– После, – проговорил он, глуша мотор. – Идём.
Я сжала пальцы, размазывая кровь. Его или чья-то чужая? Без разницы. Причины и последствия – вот что важно сейчас.
Мы поднялись в мою квартиру. Я с трудом нашарила на дне сумочки ключи. Все это время Натан следовал за мной безмолвной тенью.
Дверь тихо скрипнула. Нужно бы смазать петли. В сумке отделения расположены ужасно неудобно. Наверное, стоит купить новую сумку.
Руки на моей талии, дыхание у самого уха.
– Прости за это.
– Что?
Я уронила сумку, не понимая, за что просил прощение Натан.
– К черту выставку. Мне все равно там не понравилось, – постаралась придать голосу твердость, но на последних словах пискнула. Воздух рваным выдохом вырвался из груди.
Меня словно тараном припечатало к стене.
– За это, – повторил Натан, яростно высвобождая мое тело из одежды.