Разбойник, не став обращать на её последние слова внимания, уточнил:
– Значит, взрывы, что я слышал, как-то с этим связанны?
– Отчасти да, отчасти это Меган решила подготовиться к предстоящему дню рождения. – Та, о ком шла речь, выглядела моложе остальных и, услышав, что упомянули её ошибку, покинула своё место за рабочим столом, делая вид, что у неё появились срочные дела в противоположном конце лаборатории.
– Так. И почему же вы пришла к такому выводу?
– Эксперименты с её кровью показали высокую нестабильность.
– Оборотень, что ли? – подсказал ей Ворон.
– Да! Точно! Он самый. Понимаете? – Салемари сцепила ладошки перед грудью, и, слегка качнувшись вперёд, продолжила уже более уверенным голосом: – К чему я веду, Ваше Величество. Хорошо подумайте. Если эксперимент провалится, а никак иначе назвать это я в наших реалиях не могу, то вы убьёте Аиду. Мы готовы начать, но… В общем, думайте. – Она сделала полупоклон и отправилась в один из кабинетов, где находилась их личная библиотека.
Это были не те новости, о которых он грезил. Приятный подарок, так и оставшись запечатанным, превратился в игровой автомат с шансом выигрыша пятьдесят на пятьдесят. И на кону стояла жизнь его верной помощницы. Той, к кому он уже успел сильно привязаться. Кто бы мог подумать, что его старания усилить Аиду станут самой большой ошибкой?
Каскад трудностей, появившихся за последние несколько часов, словно лавина, накрывал его, грозя смести тяжестью своих снегов.
«Я, конечно, знал, что не стоит расслабляться на время турнира, но чёрт возьми, какого хрена?!»"
"В любом случае для начала стоило спросить саму Аиду.
«Она согласится, даже не думая», – это было здорово, но в такие моменты, когда речь идёт о её жизни, хотелось бы, чтобы слепая верность не граничила с фанатизмом.
– Эх… – Парень выдохнул, но всё же решил узнать мнение помощницы.