Не с чукчами же ему разговаривать? Нет, разговоры поддерживал, конечно, но были вещи, которые он мог сказать только соплеменнику. В бригаде кроме него больше оборотней не было. Раз в десять дней приезжал вездеход, привозил продукты, но волки держались несколько отстранённо, предпочитая наблюдать, но не лезть к бете с помощью или подсказками. Новости передавали. Так Илья узнал, что альфа со своей парой посёлок покинули.
- В Москву улетели, - объяснил Тулун, как раз решивший лично навестить соплеменников, посмотреть, как у них тут дела.
- Надолго? – глухо поинтересовался Илья.
- Скоро ждём обратно. Сам знаешь, альфа не любит планами делиться, можем только гадать. Хотя… Кто знает? Может быть, она его уже простила. А нет – один приедет. Если самке вожжа под хвост попадёт, её и танком не остановишь, а ваши с альфой пары к дисциплине непривычны. Что мы всё о Максиме Даниловиче? Лучше рассказывай, как вам тут живётся?
Илья с облегчением отозвался, охотно поведав про особенности новой жизни. Пожаловался, что чукчи Саяну едва не пристрелили, а потом с восторгом рассказал, как они вместе с ней отлично управляются со стадом.
Тулун кивал, внимательно слушая, время от времени вставляя реплики.
Уехал он довольный – альфа как в воду глядел!
Вездеход ушёл, волк тряхнул головой и решительно направился к снежной норе, где отсыпалась Саяна. Он полюбил сидеть на привалах с ней в обнимку, угощать вкусными кусками, обнимать, вдыхая запах шерсти, остро тоскуя о Севере. И делиться лаской, гладя и почёсывая, а волчица шлёпала языком и поддевала носом – мол, продолжай.
Товарищи по несчастью, по сути, выброшенные на обочину прежней жизни, им пришлось не только мобилизовать все силы организма, но и научиться доверять друг другу, помогать и поддерживать.
А жизнь клана, отец, Ольга…
На данное время всё это было далеко и не важно.
Раньше Илья был уверен, что самку и самца сближает только секс. Потом появляются щенки, и родители становятся друг к другу ещё ближе.