- Я тебе выстрелю, - к счастью, в этот момент Илья оказался на стоянке. Страшно представить, что было бы, если бы чукчи застрелили волчицу! – Решетников разве не приказывал беречь эту собаку?
- Он сказал, что за собаку ты отвечаешь, а мы должны за тобой следить. Чтобы не помер раньше времени. Про собаку ничего не говорил. Но ты знаешь обычай – бешеную лайку надо пристрелить, пока она не перекусала других. Что без собак будем делать? Отойди.
Но Илья загородил собой рычащую Саяну и едва сам не зарычал.
- Я сказал – не смей трогать эту собаку! Она не ездовая и не бешеная! Со мной будет к оленям ходить.
- Ладно, если хочешь возиться – кто против? Но за всё, что эта собака натворит, отвечаешь ты сам.
И каждый день, разделив в Саяной свой завтрак, Илья забирал волчицу в тундру. Первое время толку от неё было немного, но постепенно она поняла, что нужно делать, побеги оленей почти прекратились, работать стало легче, и мужчина к вечеру уже не выматывался так, что не было сил даже моргать.
Посмотрев, как кормят собак, он вызвался делать это сам, и с тех пор жизнь Саяны ещё улучшилась: первый и лучший кусок Илья давал ей, и только когда волчица начинала есть, кидал мясо остальным. Чукчи не вмешивались.
Прошло два месяца, наступила настоящая зима. Морозы поджимали, солнце больше не показывалось, и холодную тундру освещали только звёзды да сполохи северного сияния. Олени больше тратили времени, выкапывая ягель, бегать приходилось меньше.
- Как сильно проголодаются, нападут, - уверенно предсказал старший. – По четверо будем дежурить.
Волчица научилась копать правильную нору, и отсыпалась теперь в относительном комфорте. От сырого мяса и активного образа жизни она обзавелась отличной мускулатурой, тёмно-серая шерсть ещё больше отросла и распушилась. Зверь теперь неплохо ориентировался и почти каждый день добывал нескольких леммингов, дополняя рацион.
- Смотри-ка, хорошая собака получается, - удивлялся старший. – Правильно говорил – хорошая жизнь собаку портит, пожила на холоде, поголодала – научилась и еду защищать, и отпор давать. Видишь, Илька, ты помог ей, а она теперь тебе помогает.
- Я звал вчера, хотел за оленем послать, не пошла, - усмехнулся второй оленевод. – Только Ильку слушает, ему верна. Хорошая собака.
Они на самом деле стали неразлучны.