Каким бы расстроенным сейчас ни был Владлен, он никогда не опустится до моего уровня. До уровня зверька блохастого или как там его… Ах да, чучело!
Всю дорогу до замка едем молча. Я как можно дальше отодвигаюсь от сидящего рядом со мной Владлена и больше не прошу его поцеловать себя. Мне очень стыдно и обидно. Конечно, куда мне до таких, как макаке до неба…
Владлен, наверное, принцесс только привык целовать, а не девочек бесхозных.
Порой мне кажется, что это у меня в крови, сколько бы книг я ни прочла и сколько бы правил этикета ни выучила. Владлен все равно смотрит на меня как на букашку, не стоящую даже поцелуя.
***
Это было двадцать девятое декабря, и я никогда в жизни не видела такой елки. ЕЛКИ! Она была под три метра высотой, такая пушистая и красивая, яркая голубая ель. Ее занесли несколько работников и установили по центру гостиной у камина. Следом внесли какие-то коробки, и, когда я заглянула в них, перед глазами все замелькало от яркости и бликов."
"Игрушки… Прекрасные разноцветные елочные игрушки, и не обычные бумажные или сшитые из ткани.
Когда ель загорелась, я смотрела на нее с замиранием сердца, потому что никогда не видела раньше такой красоты, а потом вошел Рахманов.
– Нравится?
– Ой-й…
Быстро перестаю танцевать. Кладу игрушку обратно. Чувствую, как начинают гореть щеки. Я думала, что здесь одна, и танцевала… ну, как умею, в общем."