Игры теней

Дождитесь их, а потом принимайте на борт бойцов, специалистов и уходите, куда сами решите. Егоров рядом?

— Так точно, ваше сиятельство, — отозвался каперанг, выдвигаясь в зону действия камеры.

— С этой минуты вы и ваш корабль поступаете в полное распоряжение подполковника Лисовского. Учтите, «медведи» также будут в его распоряжении. Обеспечьте разведчиков всем необходимым. Если чего не хватит, возьмите на «Могучем». Если и там нет, купите по пути.

— Способ оплаты? — уточнил Егоров.

— Выписывайте чеки. Мы всё оплатим, — отрезал Кудасов и, повернувшись к разведчику, добавил: — Влад.

Об одном прошу, не пори горячку. Думайте, прежде чем голову в пасть крокодилу совать.

— Нет никакой горячки, ваше сиятельство. Только ждать указаний от всяких дерьмократов мы тоже не станем. Они занимаются своим делом, а мы своим.

— Ты их только не убивай, а дальше — по обстановке, — скупо улыбнулся Кудасов.

— Понял, — кивнул разведчик, не принимая шутки.

Сеанс закончился, и Влад, повернувшись к Егорову, спросил:

— Все слышали?

— Все.

— Не напрягает младшему по званию подчиняться?

— Меня всегда напрягало дураку подчиняться, — усмехнулся в ответ каперанг.

— А что, приходилось?

— А куда от них в нашем богоспасаемом отечестве денешься?

— Согласен. Тогда прикажи расселить нас, а потом вместе сядем и подумаем, что нам потребоваться может.

* * *Сцена, разыгравшаяся в трюме корабля, не доставила ксеноброну удовольствия, но помогла чуть лучше узнать людей. То, с какой яростью и упорством женщина пыталась защитить своего ребёнка и как мальчишка, ещё ребёнок, осмелился взяться за оружие, несмотря на полный трюм вооружённых бандитов, сказали ему больше, чем всё, что он знал до этого.

А главное, его очень удивило то, что остальные люди, молодые, здоровые мужчины, побоялись вступиться за них, тогда как остальные дети уже ввязались в драку с противником заведомо сильнее.

Это означало, что люди делились не только по гендерной, расовой и ещё какой-либо принадлежности. Это означало, что в некоторых так называемых странах умели воспитывать настоящих бойцов.

В том, что среди людей такие были, он не сомневался. Напоминанием об этом был шрам, оставленный рукой такого бойца из расы людей. По всему выходило, что одних людей нужно опасаться больше, чем других. Погрузившись в размышления, Альказ вышел из рубки и, пройдя в свою каюту, спросил, плотно закрывая за собой дверь:

— Верховный, что ты знаешь о делении людей?

— О каком делении? — не понял техножрец.