С удовольствием выслушав приблизительно то же самое, что произносил недавно сам, Майк вольготно устроился в кресле напротив своего шефа и, побарабанив пальцами по подлокотнику, спросил:
— И что теперь делать? Этих идиотов уже поленьями по головам лупят. Так и до стрельбы недалеко.
— Не дави мне на мозг, Майк, — огрызнулся шеф, снова перечитывая отчёт.
— Я не шучу, шеф. Их нужно вытягивать оттуда, — не сумел промолчать Майк.
— Рано. Они ещё ничего толком не узнали, — отмахнулся босс, мрачно мотая головой.
— А если кого-нибудь убьют?
— Плевать.
— Что именно? — не понял Корман.
— Ты не задумывался, с чего вдруг поселенцы так вцепились в контракты с русскими? Почему ни один из них не пытался связаться с другими секторами?"
"— Я уже голову себе этими вопросами сломал, — скривился Майк. — Но в отчёте сказано, что ни один серьёзный бизнесмен даже не пытался выйти на руководство планетой.
— Нужно выяснить, как много на планете бывших наших граждан, — ответил шеф, отбрасывая отчёт.
— И что нам это даст? Ключевое слово здесь — бывшие, — пожал плечами Майк.
— Я же сказал, не дави на мозг, — зарычал в ответ босс. — Думаешь, я и сам не знаю, что в этом деле всё не просто сложно, а очень сложно? Нам не за что даже зацепиться. В отчёте чёрным по белому сказано, что поселенцы и слышать не желают о связи с другими секторами, кроме русского. Проклятье, это стадо ослов не смогло даже с одним шерифом договориться!
— И что будем делать?
— Попробуем пойти дипломатическим путём. Пусть сворачиваются на планете и отправляются на Кремль.
— А что делать с арестованной идиоткой?
— Не смогут вытащить, значит, пусть там и гниёт, раз не хватает ума держать язык за зубами, — рявкнул босс, жестом отпуская Кормана.
После этого разговора Майк передал нужные указания председателю комиссии и попытался вернуться к текущим делам, когда от председателя поступило очень интересное сообщение. Империя собиралась принять на обучение по льготной программе почти сотню детей поселенцев.