Он старается соблюсти интересы дела, и ругать его за это глупо. Попробуем начать сначала. Я действительно верховный управляющий и, услышав о ваших достижениях, решил узнать новости из первых рук. Уровень моего допуска уже отослали вам на комплекс. Можете сами убедиться.
— Да, я вижу, — прохрипел Альказ внезапно осипшим голосом, быстро пробегая глазами по короткой строчке букв и цифр.
— Так вы ответите на мой вопрос?
— Конечно. Нам удалось запустить в аномалию катер с двумя рабами на борту и прежде, чем его уничтожили, получить несколько кадров с камер внешнего наблюдения.
— Прекрасно, генерал. Я даю вам разрешение на все дальнейшие действия. Можете задействовать любые ресурсы, все нужные вам подразделения и даже спускаться на твердь, если в этом возникнет необходимость. Мой помощник передаст вам коды прямой связи с ним. Держите меня в курсе дела. Удачи вам, ксеноброн, — закончил верховный управляющий и, не дожидаясь ответа, прервал связь.
Растерянно стянув с головы гарнитуру, Альказ с трудом захлопнул отвисшую челюсть, звучно клацнув клыками, и, повернувшись к дежурному связисту, попытался заговорить. Но вместо слов послышалось какое-то странное хрипение. Альказ сглотнул пересохшим горлом, а связист, поднявшись, принял самую почтительную позу, словно перед ним был сам верховный управляющий.
— Сохраните и засекретьте полученные коды. Никто, кроме меня, воспользоваться ими не должен, — прохрипел Альказ, справившись наконец с собственным голосом.
— Конечно, генерал, — еле слышно произнёс связист, отвешивая очередной поклон.
Растерянно кивнув ему в ответ, Альказ отбросил гарнитуру и деревянной походкой зашагал к выходу. От удивления и растерянности он даже забыл, чем собирался заняться до вызова. Встретивший его в коридоре верховный дредноута иронично поклонился и, не скрывая усмешки, негромко спросил:
— Какие будут приказания, генерал?
— Ну, хоть ты не издевайся, — чуть не взвыл от избытка чувств Альказ, от изумления забыв, что перед ним старший по чину и положению.
— Пошли, — тихо рассмеявшись, ответил верховный и, развернувшись, стремительно заскользил куда-то в глубь дредноута.
Вскоре ксеноброн понял, что уже ходил этой дорогой. Зрительная память его не обманула, и они наконец оказались в молельном зале. Отвесив церемониальный поклон в сторону алтаря, верховный направился куда-то в глубь зала.