Держите эту стерву на привязи и в наморднике, а я нигде не упоминаю об этом инциденте, — решительно ответил Влад.
— Да как… — завелась было баба.
— Молчать! — рявкнул председатель, перебивая её. — Ваша несдержанность и так стоила нам слишком дорого.
— Что вы имеете в виду? — растерялась опальная психологиня."
"— Я буду вынужден поднять вопрос о вашей замене. Своим поведением вы дискредитируете комиссию Лиги. На этот раз мне удалось договориться с местными властями и замять эту историю. Но подумайте, что будет, если в Лиге станет известно, что в состав комиссии входит человек, имеющий судимость за нетолерантное отношение к жителям пограничных планет? Поэтому вы сейчас молча сядете в челнок и отправитесь на корабль, где немедленно подадите прошение о вашей замене по состоянию здоровья.
Понимая, что серьёзно влипла, психологиня покорно поплелась к выходу на лётное поле. Проводив её мрачным взглядом, председатель комиссии повернулся к разведчику и, вздохнув, спросил:
— Когда вы сможете собрать всех детей? Я бы хотел покинуть вашу планету как можно скорее.
— А они-то вам чем не угодили? — удивился Влад. — Империя растёт, процветает, и даже может себе позволить помогать таким захолустным планетам, как наша.
— Это всё прекрасно, но такая помощь принуждает жителей планет, получивших статус свободных, принимать не только помощь империи, но и её правление.
— Чушь собачья, — не удержавшись, фыркнул Влад. — Среди поселенцев куча народу из самых разных секторов Галактики, и каждый из них может самостоятельно выбирать: жить здесь, подчиняясь новым правилам, или уехать, чтобы пользоваться своими правами в другом месте. К тому же никто и никогда не навязывал нам правил управления планетой. У нас, например, всё до смешного просто. В каждом посёлке было проведено собрание поселенцев, которые выбрали из своей среды двух представителей.
— Пожалуй. Грубо, но очень похоже, — подумав, кивнул председатель. — Но все ваши внешние сношения ограничены общением только с империей.
— Неправда. Вы же здесь, — рассмеялся Влад.