Среди нас детей нет только у Снежаны, но она смеется и говорит, что ей еще рано. Вино явно развязало ей язык и она делится всеми секретами, которые только может рассказать.
Я не замечаю, как разговор касается интима. Роза хвалится, что муж от нее практически не отстает, Марина отмахивается, мол, уже всё испробовали и теперь они желают друг друга не так сильно, а Снежана, хоть и скромничает, но все же говорит, что у них тоже все прекрасно и ее муж Радмир трудится над зачатием. Молчу только я, не зная, что говорить.
Мне неприятно слушать, что у других все хорошо, в то время, как наша с Виктором семья только фикция. Пока девушки разговаривают, я поедом съедаю себя изнутри, пытаюсь понять, что же, в конце концов происходит и чего я хочу. Но главное, чего желает Виктор. После того дня на кухне он ведь даже касался меня исключительно из необходимости, в то время как я… ждала? Господи, я ведь действительно ждала от него решительных действий.
Надеялась, что он решит за нас? Я сгорают от стыда за собственные мысли и лишь отмахиваюсь от Розы, когда та пытается спросить, что со мной.
— Я выйду на улицу, тут душно.
Я поспешно покидаю дом и стою на крыльце безумно долго. Любуюсь темной ночью, жадно хватаю ртом холодный вечерний воздух и смотрю на большую лепешку луны, что возвышается надо мной. На глаза наворачиваются слезы, а от холода я вынуждена обхватить себя руками. Понимаю, что Виктор ни в чем не виноват и делает лишь то, что обещал. Я ведь должна сама что-то сделать, как-то показать ему, что готова, что хочу…
Утираю слезы и пытаюсь успокоиться.
Когда я возвращаюсь, приходят и мужчины. Виктор удивленно смотрит на меня, но ни о чем не спрашивает. Снежана явно перебрала и Радмир, подхватив ее на руки, несет на выход. Виктор говорит, что нам тоже пора, ведь дома нас ждет малыш. Я рада уехать, но стоит нам оказаться внутри автомобиля, как я снова начинаю думать о том, что случилось на кухне месяц назад. Украдкой смотрю на Виктора, на его мужественные черты лица, на сильные мускулистые руки.