Геныч, благо уже машина остановилась, глянув на мое удивленное лицо и на телефон в руке, сразу всё понял и шепнул:
– Началось. Так я и знал, что звонить будут! Погодь, не отвечай, я сейчас своим команду дам!
Геныч рыкнул в свой телефон только одно слово:
– Работаем! – и кивнул мне, чтобы я дал ему трубку, – сам поговорю. Они ведь не знают твой голос ещё?
– Нет!
– Вот и отлично! – и поставив на громкую связь и взглянув на часы, спокойно ответил:
– Слушаю!
– Господин Северов?
– Он самый! С кем имею честь?
– Моё имя Вам ничего не скажет, но пусть я буду Иван, – усмехнулся звонивший.
– Странно, но ладно. Так чем обязан, Иван?
– Надо бы встретиться, Игорь Романович!
– Кому надо? Вам?
– Боюсь, что Вам! – звонивший проникновенно вздохнул и продолжил:
– У Вас есть некая запись, а у нас есть Ваши жена и дочь. Вы ведь не могли сегодня до Евгении дозвониться, верно? – Геныч ехидно улыбнулся, мой разговор с Женькой он слышал, но сейчас он промолчал, а говоривший продолжил:
– Предлагаю обмен. Вы мне флешку с записью, а я Вам ваших девочек! Ох, простите, оговорился! – хохотнул говоривший, – из них же только одна девочка.
Геныч, увидев, как я дернулся, схватил меня за плечо и, вцепившись в него мертвой хваткой, продолжил разговор от моего имени:
– Если с головы моей дочери упадет хоть один волос, я сделаю всё, чтобы ты, тварь, как раз стал той самой девочкой, и поверь, я прослежу, чтобы именно со всех сторон ты ею стал! Ты меня понял?
– Ну, значит, понимания мы с Вами достигнем! – расхохотался так называемый Иван.
В этот момент, телефон Геныча мигнул входящим сообщением с одним словом: “Засекли!”
– Встречаемся через два часа в парке у каруселей. Я сам к Вам подойду! И не вздумайте сообщать в полицию!
Говоривший положил трубку, не дождавшись моего, а, по факту Геныча, согласия."
"– Всё, Гарик, выдохни! Хрен им на постном масле, а не твоих девочек! И засекли и разговор записали! Можем брать.