И по его облегченному смеху? и по еuо последующим звонкам, я понял, что можно выдохнуть. Всё уже закончилось! Быстро, однако, работают ребята!
К дому моих родителей мы подъехали уже поздно вечером. Свет горел только на первом этаже. Нас ждали. Боясь разбудить детей, набрал Марии сообщение: ""Мы у ворот. Впустишь?"" Отправил и лишь потом понял, что сам себя сдал с потрохами! Она ж к отцу пойдет просить ворота открыть. Мог бы и сразу отцу написать, а мне, дураку влюбленному? захотелось ей написать! Да? собственно, какого рожна? Мне скрывать нечего!
Ворота отец открыл с пульта, мы заехали.
А поцеловать Марию очень хотелось! Меньше суток прошло, как расстались, а я соскучился.
Спасибо Генычу, оттянул на себя внимание родителей, а я имел возможность подойти к Марии и задать один единственный вопрос:
– Как вы здесь, девочки мои? Маш, я соскучился!
Ответом мне послужил взгляд глаза в глаза, дрогнувшие в улыбке губы и едва слышное:
– Я тоже.
Глава 21
Мария.
Как сказать человеку, что его единственный самый дорогой человек ушел?
Не на работу, не гулять и даже не к кому-то другому. Ушел из жизни. Не потому? что болел – это ещё можно понять, подготовиться и, конечно, всё равно не принять его уход.
Хотя, как вообще можно к такому подготовиться? Я в свои 17 лет не смогла подготовиться к уходу мамы.
А когда твой самый родной человек ушел вот так, вдруг, потому что какие-то отморозки, на спор, от скуки, решили кулаки почесать, хвастаясь друг перед другом своей силой? и вышли втроем на одну женщину?
А как сказать ребенку, что его мамы больше нет? Единственной, самой любимой и родной, больше нет. Она никогда больше не обнимет его перед сном, не поцелует или даже не отругает за порванные штаны.