— Господа, был рад всех видеть, — произнес Дмитрий Романов, поднимаясь на ноги. — Но дела государственные не могут долго оставаться без моего внимания.
И тут Его Величество поворачивается ко мне и выдает:
— Князь, а пойдем-ка, расскажешь, как немцев бил. А то что-то надоело мне сухие отчеты читать.
О-о-о, какая зависть мгновенно промелькнула в глазах присутствующих! Это ж целая личная аудиенция! Некоторые подобного счастья месяцами ждут и годами добиться пытаются!
Я изобразил некое подобие радости от такого предложения и проследовал вместе с Его Величеством в государев рабочий кабинет.
"Там император плюхнулся в кресло и раздраженно махнул мне рукой:
— Садись, чего встал?
Я б, конечно, лучше вышел, но пришлось сесть.
Некоторое время император молча смотрел на меня, изображая глубокую задумчивость.
— Даже не знаю, что с тобой делать, Мирный, — заговорил после паузы он. — Если за каждое спасение наследника по куску земли давать, скоро Россия кончится такими темпами.
Я вежливо улыбнулся:
— Долг любого подданного — спасти цесаревича.
— Да-да, слышал такую байку, — усмехнулся император, а потом вдруг нехорошо прищурился: — А еще слышал, ты моего лучшего бойца к себе сманить хочешь?
— Так он же вроде как на пенсию собрался? — улыбнулся я.
В ответ на это император продемонстрировал мне бумагу, в которой некий Лютый И. В. просил уволить его по собственному желанию.
— В иное время я бы, конечно, его не отпустил, а тебя бы отослал из столицы. За дерзость — не многие решатся у меня людей уводить, — признался Его Величество.
— Благодарю, государь, — склонил голову я.
— Вот похвалил, но надо и пожурить. Атака мертвецов, конечно, была сильным психологическим ходом. Я понимаю, в той ситуации все средства были хороши. Но возвращать тела родственникам пришлось в закрытых гробах, опознавая по ДНК, какая кость кому принадлежит. Я недоволен.
— Вернете на фонт? — спросил я.
Император скривился.
— Куда тебе на фронт, ты без магии!
— Я и без магии, государь, неплохо могу справляться.
Мужчина посмотрел на меня внимательно, хмуро.
— Я знаю таких, как ты, Мирный. Один раз хлебнув адреналина, они вновь и вновь лезут в самое пекло. Боевое братство, чувство локтя и бесконечная война, — произнес Его Величество.
Нельзя сказать, что Романов был неправ. В какой-то степени, конечно, он понимал, о чем говорил.