Внезапно из портовых сооружений ударили замаскированные зенитки, и F-18 с бортовым номером «431» разлетелся на куски. Выругавшись, Билл потянул на себя штурвал, свечой набирая высоту. Он уже сообразил, что противник устроил им элементарную ловушку, подставив то ли муляж, то ли пустой корпус старой подлодки.
Боеприпасов больше не было, и «Дикие коты» ушли на юг. Прикрывавшие их «Красные потрошители» сцепились с десятком украинских МиГ-29. Бой оказался недолгим: расстреляв запас ракет «воздух-воздух», противники разлетелись, и вскоре F-14 догнали «котов».
"— Генри, ты в порядке? — спросил Эндрюс.
— О, да! Как кусок дерьма, — произнес в наушниках усталый голос Александера. — Мы сбили шестерых, но потеряли одного.
— У меня тоже есть потери, — буркнул Билл.
По дороге они разминулись со второй сменой своих эскадрилий. Отправив в налет оставшиеся самолеты, «Айк» был готов принять возвращавшихся участников первого рейда.
Эндрюс посадил истребитель-бомбардировщик на палубу, тяжело выкарабкался из кабины, проводил взглядом свой «Суперхорнет», уехавший на лифте в трюм, где машиной займутся техники.
За это время приземлилось следующее звено, а затем стали заходить на посадку пары «Коршунов-рыцарей». Один из «Томкэтов», выключив двигатель прежде времени, упал в море на расстоянии двухсот ярдов от кормы авианосца.
***
На улице Якуба Коласа подполковник Литвин откинулся на спинку кресла, протирая кулаками слезящиеся после долгого глядения в монитор глаза.
— Есть! Я достал одного.
Он прикидывал, как бы перехватить управление вражеским самолетом и устроить агрессорам капитана Гастелло сотоварищи — воткнуть загруженную бомбами реактивную машину прямо в авианосец.
От этих мыслей его оторвали сигналы воздушной тревоги — к столице приближались эскадрильи второй волны.
***
Москва. Редакция журнала «Московский Бульвар».
Несмотря на позднее время и немалое напряжение минувших суток, Богдан Черепахин был полон злой энергии и рвался на подвиги.