Когда авиация НАТО превратит в пыль его армию и заводы, батьке Роману придется умолять Верховную Раду об отставке. А потом, как обычно, суд в Гааге провозгласит его военным преступником, и новый президент выдаст Рому-дурачка агентам Интерпола.
Столь откровенная ненависть вызвала неприязнь, и Яна осведомилась не без вызова:
— А если не выдаст?
— Выдаст, если захочет получить кредиты на восстановление разбомбленной страны, — уверенно заявил Арон. — А не то его самого объявят военным преступником.
***
Спустя два часа, прощаясь с Яной в аэропорту, Местер вручил ей мини-диск цифрового видеодиктофона.
— Здесь записаны вашингтонские интервью, — пояснил он. — Отвези домой. Заберу в воскресенье, когда вернусь из Киева. Только никому не показывай. Я обещал американским друзьям не разглашать содержание до начала «Бури в степях».
Даже не дождавшись, пока он пройдет на посадку, Яна вышла из здания и плюхнулась в свой «форд-фокус». Ей совершенно не улыбалась перспектива превратиться в курьера при великом и ужасном гении масс-медиа.
Выехав на шоссе, она вставила мини-диск в видеомагнитофон, включив режим автоматического перевода фонограммы на русский язык.
Местер: Какие цели должна решить операция «Буря в степях»? Я имею в виду не пропагандистскую ширму, а истинные замыслы вашингтонской администрации.
Хэдден: Украина слишком откровенно проявляет симпатии к идее интеграции постсоветского болота, а потому должна быть примерно наказана. Причем это следует сделать до выборов в парламент Евразийского Союза, пока Москва и Минск не способны оказать эффективную помощь.
Местер: Вы надеетесь уложиться в неделю?
Хэдден: Хватит двух дней, потом все решится само собой. Наши новые системы оружия уничтожат базы украинской армии. Украина — не Сербия и не Чечня, долгих бомбардировок не выдержит.