"
"Он повернулся к избе, чтобы в последний раз взглянуть на дом, который наверняка сегодня же сожгут. Да и Маньку надо бы отвести к соседке или хотя бы выпустить... И в этот момент глухо хлопнул пистолетный выстрел.
Шнабель убил деда выстрелом в спину. Немец умирал с осколками в животе, уткнувшись лицом в снег, но, пересилив боль, приподнял голову и увидел спину деда возле саней. Злоба оказалась сильнее боли. С трудом подняв тяжелый «парабеллум», который успел вытащить из кобуры сразу после первого взрыва, но так еще и не выстрелил из него, сжав зубы, немец прицелился и нажал спуск.
Уже третий день летчица лежала в медпункте, и только сегодня сознание вернулось к ней.
Врач установил сотрясение мозга, которое случилось от удара головой во время посадки. Возле ее постели все время дежурила Оля Ольшина, и она первая заметила, когда летчица открыла глаза.
— Где я?
— В партизанском отряде.
— Сколько времени я здесь?
— Третий день.
Она помолчала, глядя на девочку-санитарку, обвела взглядом землянку медпункта.
— Как тебя зовут?
— Оля.
— А меня Наташа.
— Я знаю, Наталья Сергеевна.
Летчица слабо улыбнулась. Да и голос у нее был очень тихий, усталый, она говорила с трудом.
— Командир отряда все время справляется о вас. Он и сказал, как вас зовут, планшет ваш нашли и документы,— пояснила Оля.
Летчица закрыла глаза и молчала довольно долго.
— Голова очень болит и тошнит тоже...
— Это пройдет, не волнуйтесь, вы просто ушиблись. — Я не волнуюсь. А где машина и как меня нашли? Оля на миг замешкалась и стала объяснять:
— Нашел вас один разведчик, который возвращался с задания, он заметил в лесу самолет и принес вас в отряд.
— Как принес? Сам? А далеко?
— Сам. Я слышала, что километра три...
— На руках?
— На руках...
— Вот это кавалер,— улыбнулась летчица.
Оля промолчала, вдруг внезапно для нее самой горячая волна захлестнула ее лицо, она густо покраснела и, буркнув: «Извините!», выбежала из землянки.
С появлением девушки-летчицы Наташи Игнат почувствовал какую-то тревогу. Сначала за ее жизнь, потом за ее присутствие в отряде, которое будет недолгим, потому что она летчица. Он не мог объяснить себе это волнение, но чувствовал перемену, которая произошла в нем, в его душе. Это началось еще там, у самолета...