Вся одежда — немецкая: меховая куртка, брюки, десантная шапочка с отворотами на застежках, сапоги, даже белье. Здесь это было необходимо. Кокарды на шапке и других знаков различия, естественно, не было. Война уже давно кончилась, шел декабрь тысяча девятьсот сорок седьмого года.
Утро выдалось чистое, светлое и казалось не очень морозным — не было ветра. Большое, желтое, багровеющее по краям солнце, медленно поднималось из-за хребта, высвечивая вишневым цветом заснеженные зубцы гор. Оно пробуждало утонувшие в сугробах сосняки и густые смешанные леса, где голые клены и рябины жались от холода к невозмутимым пихтам, елям, голым, но несокрушимым дубам.
Его выбросили ночью. Здесь, в этих горах, где полновластно царствовали банды, парашют мог «засветить» его. Никто не должен знать о его выброске. Он пришел сюда и все. Пришел одному ему ведомыми путями. В общем, легенда была. Как будто надежная.
Встреч с бандитами надо было искать в районе Мертвого ущелья. Там, по данным нашей контрразведки, находились их база или базы.
Однако спешить нельзя было. Ясный день и безметельная ночь сохраняли его следы, и те, кого он искал, могли по следу прийти к месту его выброски. Там следы обрывались, и было ясно, что он «прилетел». Даже если бы и не нашли парашют. Да и парашют очень легко найти. Опять же — по следам.
Игнат вслушивался в тревожную тишину горного леса и не спеша шел на лыжах. Пока — никаких признаков человека. Но зато немало следов звериных.
Вот прошел небольшой табун кабанов, через километр — встретился след оленя.
"Другого десантника нельзя сбросить ночью. То есть, можно, но очень опасно: лес, горы, вполне вероятно получить травму при приземлении. Но Игнату тьма была союзницей.
Продуктов взял на четыре дня. Если растянуть — хватит на неделю.
Карты с собой Игнат не взял — выучил ее наизусть. До Мертвого ущелья оставалось часа два пути, и он решил больше к нему не приближаться. Надо было ждать снегопада.
Снег пошел только на другой день к вечеру, так что пришлось еще раз переночевать в сугробе до встречи с бандеровцами.
По снежной целине на поиск к Мертвому ущелью Игнат двинулся незадолго до рассвета. Однако еще было совсем темно, и его не могли заметить. Если только — услышать, но это — исключалось. Он шел бесшумно.
Когда он спустился в Мертвое ущелье, оно поразило его.