Инь-ян 4

А может она всегда там была, эта идея, и он просто не позволял себе мечтать? Может быть и так. Только думать об этом сейчас пока еще рано. Очень рано! Всему свое время!

Тем временем двое ублюдков расходились все больше и больше, расписывая, как именно они будут ""иметь"" безучастно взиравшую на мир женщину. Некоторые способы настолько понравились Главному, что он радостно захихикал, и хлопнув ногой по ляжке, громогласно сообщил:

— Нет, придется простить этого придурка! Ну кто еще меня так насмешит! Буду выпускать его на слабых противников, пусть бОшки рубит — зато веселья куча! Посмотри, как все хохочут! У парня талант!

Но скоро все закончилось.

Когда парень в очередной раз поднял руки, утихомиривая амфитеатр, и собрался выдать порцию очередных скабрезностей, женщина внезапно ожила и громко, звучным густым голосом, слышным до самых верхних рядов, сказала такое, после чего все замерли и замолчали, будто во рты им набили тряпок:

— Эй, придурок, ты чего распинаешься? У тебя же на женщину и не встанет! Всем известно, что ты проклятый мужеложец и любитель трахать овец! Потому ты и вышел с овцой — эй, овца, бееее! Трахни свою овцу, мерзкий изврат! Овца, тебе нравится, когда он тебя трахает?

Парень задохнулся, сделался красный, как рак, а Главный зашелся хохотом, показывая на арену и брызгая слюной прохрипел, сквозь хохот:

— Она что, знала?! Знала?! Ой, не могу! Я давно так не смеялся! Даже если я проиграю ставку — спасибо тебе за доставленное удовольствие, Ульдир! Не жалею, что решил посмотреть сегодняшний бой!

Амфитеатр тоже захохотал, люди буквально падали на пол, держась за животы, даже Ульдир слегка улыбнулся, хоть и не хотел участвовать в этом безумстве толпы.

Брезговал. Он знал, что Морна остра на язык, но чтобы в таких условиях, и с таким ядом в словах! И ведь правда смешно вышло! Парень-то на самом деле мужеложец! Может надсмотрщики сказали, с кем она встретится в бою? А может это сам Глава через кого-нибудь ей подсказал, чтобы разжечь злобу противников как можно сильнее? То-то он так довольно косится на соседа, а в хитрых глазах властителя не видно бездумного веселья — только расчет, как у опытного стрелка из лука. Этот человек не смог бы продержаться у власти столько времени, если бы не просчитывал на несколько ходов вперед.

Мужчины рванулись вперед так же быстро, как раньше они бежали за мечами — не бездумно рванулись, мешая друг другу, а с двух сторон, чтобы не оставить жертве ни одного шанса. Молодой слева, старший справа.