Оглядел командиров, решая, как поступить с каждым. Впереди неизвестность — может так оказаться, что на счету будет каждый человек, а может и так случится, что балласт свяжет по рукам и ногам. Маломобильные маратхи скорее всего не нужны, да и толку от них, если схватимся с англичанами? Раскатать в блин батальон, имея двадцатикратное численное преимущество — это одно, а сражаться с армией — совсем иное.
— Пребиндранах! — обратился я толстячку из Раджпута со смешной фамилией Радиша, подходившей скорее сербу, чем индусу.
Он был самым толковым среди командиров сабельщиков-шамшербазов, несмотря на вид бонвивана и жовиальные манеры. Ему бы с его тонкими усиками на круглом смуглом лице впору конферансье выступать, но внешность обманчива — Пребиндранах пулям не кланялся, а мои указания схватывал на лету. После победы над сипаями стал моим с потрохами. Я так думал, хотя мог и ошибаться.
— Радиша! Тебе будет особое задание. Отправитесь к Бенаресу. В город не лезть, разделиться на три отряда и контролировать выходы-входы в город.
Прозвучало несколько пафосно, но мартахи заценили.
— Остальным готовиться к походу. Сегодня отдыхаем, завтра поутру выступаем. Гуркха кампу в полном составе выдвинуться прямо сейчас в сторону понтонного моста, чтобы не задерживать конницу. Всем все понятно?
Командиры согласно закивали.
— Что делать с повозками? — прозвучал вопрос Козина.
Я застонал. Не было у бабки забот, так купила порося. Плакал, что золота мало, получил много. Как с неба свалилось. И вот теперь думай, как сохранить нажитое неправедными трудами.
На меня навалилась слабость, батарейка села окончательно, и я отправился отдыхать в подобранный мне Мусой дом в деревне. Только добрался до приготовленной постели, как провалился в тяжелый сон…
Все это вспомнилось, когда перестал клоунадить с возвращением к жизни. Потрогал грудь. Повязка. Не очень-то и больно. Жить можно.