Вот я и хотел узнать некоторые подробности у следователя…
Раиса вскинула брови.
— Фамилия художника не Павловец ли, часом? — поинтересовалась она.
Седовласый мужчина удивленно посмотрел на Крутикову.
— Да… товарищ старший лейтенант, — ответил он, — Павловец Иван…
— Я как раз занимаюсь этим делом, Илларион Константинович, — сообщила Крутикова.
— Ты?
Старший лейтенант Крутикова утвердительно кивнула русоволосой головой:
— Да, товарищ полковник.
Забродов облегченно вздохнул:
— Прекрасно!
— Так что вас интересует, товарищ полковник? — задала конкретный вопрос медэксперт.
— Меня интересует, как погиб Иван Павловец, причина его смерти.
Медэксперт Крутикова показала папку, которую держала в руках.
— Вот в этой папке результаты экспертизы и заключение о причине смерти вашего товарища, — сообщила она.
— Отлично, товарищ старший лейтенант, — улыбнулся полковник ГРУ в отставке. — Если можно, изложи самую суть.
Рая не стала противиться.
— Так… — выслушав собеседницу, печально произнес инструктор спецназа ГРУ, — значит, как я и подозревал, это было убийство?
Медэксперт кивнула:
— Да, Илларион Константинович, его сердце остановилось в результате воздействия какого-то неизвестного пока мне парализующего препарата…
Илларион Константинович нахмурился:
— Наркотик?
— Точно не могу сказать, — ответила старший лейтенант медицинской службы, — может, наркотик, может, какое-то сильно действующее лекарственное средство.
Забродов понимающе кивнул и спросил:
— А что там с алкоголем?
Раиса махнула рукой.
— Есть небольшая доза… Но из того факта, что спиртное попало не только в желудок, но и в дыхательные органы, можно сделать вывод, что Ивану Павловцу влили его насильно, да и то после смерти…
— У этих мерзавцев было все спланировано, — сказал разведчик, — убрали свидетеля, а затем сожгли все улики!
Медэксперт Крутикова с интересом посмотрела на седовласого полковника:
— Какие мерзавцы?
— Этого, Раечка, я еще и сам не знаю, — честно признался Забродов.
— Вы, Илларион Константинович, как и мой отец, — заметила девушка, — без приключений жить не можете! Вечно с кем-нибудь воюете…
— Раечка, так я же на пенсии — нечем заняться, — грустно улыбнувшись, добродушно слукавил полковник ГРУ в отставке и тут же сухо добавил: — К тому же, старший лейтенант, погиб мой приятель, а это уже личный интерес.