Заходит Тобиас, хромая, в сопровождении Бесстрашных предателей. Его лицо в синяках и с порезом на лбу. Он двигается, не пытаясь облегчить боль — держит себя идеально прямо. Он, должно быть, ранен. Стараюсь не думать о том, как он сюда попал.
— Что это? — спрашивает он, его голос хриплый и скрипучий.
Наверняка от крика.
Мое горло как будто набухло.
— Трис, — говорит он и наклоняется ко мне, но Бесстрашные предатели перехватывают его прежде, чем он успевает сделать хотя бы пару шагов. — Трис, ты в порядке?
— Да, — отвечаю я.
Он кивает. Я ему не верю.
— Господин Итон, вместо того, чтобы тратить уйму времени, обратимся к наиболее логичной линии развития событий. Сыворотка правды была бы предпочтительнее, но ее получение займет несколько дней. Джек Кан ревниво охраняет секреты Искренности, поэтому убедить его поделиться ею с нами не самая легкая задача, а мне бы не хотелось тратить на это несколько дней, — она делает шаг вперед, в руке у нее шприц с жидкостью серого цвета. Это может быть новая версия сыворотки моделирования, но я в этом сильно сомневаюсь.
Интересно, что она делает? Но судя по ее довольному виду, ничего хорошего нас не ждет.
— Через несколько секунд я введу Трис эту жидкость, надеюсь, твой инстинкт защитника возьмет верх, и ты скажешь мне то, что я хочу знать.
— Что она хочет знать? — спрашиваю я, прерывая ее.
— Расположение укрытий Афракционеров, — отвечает он, избегая смотреть на меня.
Мои глаза расширяются. Теперь, когда часть лояльных Бесстрашных и все из Искренности под моделированием, а половина Отречения мертва, Афракционеры наша последняя надежда.
— Не говори ей. Я в любом случае умру. Ничего ей не говори.
— Напомните мне, господин Итон, — говорит Джанин. — Что делает моделирование Бесстрашных?
— Это не школьный урок, — отвечает он сквозь стиснутые зубы. — Скажи мне, что ты собираешься делать?
— Скажу, если ответишь на мой вопрос.
— Прекрасно, — взгляд Тобиаса перемещается на меня. — Моделирование стимулирует мозжечковую миндалину, которая отвечает за обработку страхов, и вызывает основанные на страхах галлюцинации, затем передает информацию компьютеру, который ее обрабатывает.
Звучит, как выученный текст. Возможно, так и есть — он потратил много времени на изучение моделирования.
— Очень хорошо, — одобряет Джанин. — Много лет назад, когда я исследовала моделирование Бесстрашных, мы открыли определенный уровень риска, при котором мозг терпит перегрузки и делает подопытного слишком слабым.