Ей нравилось наблюдать за ним, смотреть, как он передвигается по комнате, как добавляет ароматические масла в воду, наполняет бокал светло-золотистой жидкостью.
Рорк был высокого роста и обладал какой-то врожденной звериной грацией.
«Словно кошка», — подумала Ева.
Огромная опасная кошка, которая лишь казалась ручной и безобидной, когда была в хорошем настроении. У него были длинные густые, черные как смоль волосы. Они как прекрасная рама обрамляли его лицо, при одном только взгляде на которое на ум невольно приходили мысли о падших ангелах, печальных поэтах и отважных рыцарях.
Когда Рорк смотрел на нее обжигающим взглядом синих глаз, дремлющая в ней страсть мгновенно пробуждалась с такой силой, что щемило сердце.
«Он принадлежит мне, — думала она. — Этот искушенный ирландец, сам сотворивший свою судьбу, свой успех, свое богатство, правда не самым добродетельным образом».
— Вот, выпей.
Рорку нравилось подтрунивать над ней. Ева взяла протянутый ей бокал. Она — крутой коп — в его присутствии ощущала себя маленькой потерянной девочкой и никак не могла понять, нравилось ей это или раздражало.
— Что это?
— Чудо что такое! — Рорк взял у нее бокал и в подтверждение своих слов отхлебнул.
Последовав его примеру, Ева убедилась, что он был прав — впрочем, как всегда. Рорк обошел кресло и встал у нее за спиной. Судя по выражению его лица, подозрительность Евы забавляла его, он коснулся ее спины, и Ева насторожилась.
— Закрой глаза, — распорядился он и протянул ей очки.
Перед глазами у нее поплыли красочные причудливые узоры — теплые, ярко-красные и синие.
Она ощутила на плечах прикосновение его рук, натертых чем-то невыразимо благоухающим и нежным. Он осторожно растирал ее плечи, разминая затекшие, словно завязанные в узел, мышцы.
Ева почувствовала, что напряжение последних часов потихоньку отпускает ее.
— Неплохо… — расслабленно прошептала она и отдалась приятным ощущениям.
Рорк забрал у нее бокал, и ее тело погрузилось в десятиминутную негу выбранной им программы релаксации.
Когда ее тело совершенно расслабилось, Рорк чмокнул ее в макушку и накрыл простыней. Нервы у нее — он отлично это знал — вконец расшатались. Состояние усугубляли стресс и усталость после тяжелейшего расследования и внезапно сразу же вслед за этим свалившаяся ей на голову межпланетная командировка, о которой Еве и подумать было противно.