Он убедил себя, что и вы имеете к этому отношение, лейтенант. Его мозг уже не тот, что раньше. Он гибнет клеточка за клеточкой. И эта болезнь уничтожит его. Имейте сострадание.
Ева подумала о погибших, о тех, кто где-то умирал сейчас.
— Задумайтесь, миссис Скиннер, как бы он поступил, будь он на моем месте. Доктор Мира останется с вами.
Ева вышла вместе с Дарсией. Она молчала, пока они отошли подальше от номера в другой конец коридора.
— Прежде чем брать Хэйза, нужно их как-то разлучить, добиться, чтобы он отошел от Скиннера.
Дарсия вызвала лифт.
— А вы еще та крутая полицейская дамочка, а Даллас?
— Если Скиннер прямо не приказывал Хэйзу убивать, не нужно связывать их имена вместе и чернить Скиннера или арестовывать парня в его присутствии. Ведь старик еле живой! — проговорила она, хотя Дарсия и не думала возражать. — Какого дьявола нужно втягивать его во все это и перечеркивать полвека безупречной службы?!
— Не нужно.
— Я могу попросить разрешения снова допросить Скиннера, разговорить его, чтобы вам легче было произвести арест.
— Вы отказываетесь от возможности арестовать преступника? — удивленно спросила Дарсия, когда они вошли в лифт.
— Я никогда этим не злоупотребляла!
— Как бы ни так! А вот я не откажусь от предложения, — добавила Дарсия весело. — А как вы догадались о том, что Хэйз и Скиннер — родственники?
— Из-за отцов. В этом деле их пруд пруди. У вас есть отец?
— У меня? Отец? А разве он не у каждого есть?
— Это как посмотреть… — Ева вышла из лифта в главный коридор и продолжила: — Пусть Пибоди закругляется, а у вас есть шанс собрать всю свою команду и скоординировать ее действия.
Дарсия проследила за ее взглядом, внимательно оглядев группу, собравшуюся около двух столов:
— Похоже, к Скиннеру вернулось его обычное самообладание!
— Этот человек обожает работать на публику, — сказала Ева.
Дарсия посмотрела на Еву пустым, ничего не выражающим взглядом.