За ним следовали два лорда, которых я определенно видела при дворе императора Эктора, но вспомнить их имена не могла. Затем еще несколько незнакомых мне мужчин.
Светлая делегация медленно приближалась к трону под пристальными любопытными взглядами придворных. Чинно, степенно, как положено по протоколу. Только один раз сбилась с шага и изумленно распахнула глаза Валли, когда увидела меня, и явно опешил Фолхерт. У него дернулась щека, и появилось ощущение, что ему стало нехорошо, так как он потянулся правой рукой к вороту рубашки.
А я стояла с окаменевшим от напряжения лицом, на котором сохраняла подобающее ситуации отстраненно-вежливое выражение.
Папа же мазнул по мне взглядом, но ничем не выдал того, что узнал дочь. Ни один мускул не дрогнул на его лице, а выражение глаз было таким же, как и при взглядах на Грега или лорда Найтона.
Процессия приблизилась к трону, и началось торжественное представление. Как обычно: россыпь любезностей, благодарность за оказанное доверие и надежды на длительное плодотворное сотрудничество. Главой посланников и полномочным представителем Эктора оказался мой отец.
Та-а-ак! У меня возникло острое желание взглянуть на императора… Ведь спрашивала же! А у него, видите ли, сюрприз был. Ну что ж, сюрприз удался.
Представление племянника императора Эктора заняло определенное время, так как у него имелся такой шлейф титулов, что быстро все не назовешь.
Валлиса, к моему дичайшему удивлению, тоже оказалась не непонятным довеском, а ассистентом лорда Маркаса эль Бланка по связям с общественностью.
Потом были представлены остальные члены делегации. После сказал речь лорд Дагорн.