Исполненный долг

Его больше интересовало западное направление. Зайцев доложил, что появившиеся ранее разрозненные, малочисленные группы боевиков из сектора его наблюдения ушли. Но не в сторону Матли. Командиры остальных «двоек» также подтвердили отсутствие сил противника. Андрей влез на крышу, залег за автомобильным крылом. Осмотрел двор. «БМВ» продолжала стоять у дома, но чуть в стороне, освободив пространство перед входом. На ступенях тот же юноша с помповым ружьем. С него и начал штурм Москвитин. Поднявшись в полный рост и вскинув «Винторез», он прицельным выстрелом прострелил сердце охранника.

Тот упал как подкошенный, оставив на стене рядом со сдвоенной закрытой дверью пятно медленно стекающей вниз крови. Майор спрыгнул с крыши, приземлившись возле розового куста, обнаруженного ночью. Бросил взгляд на сторожку. В широком окне отчетливо виднелись две фигуры. Они склонились над столом, по очереди делая какие-то движения руками. Андрей понял: охрана ворот играет в нарды. Она даже падения товарища не заметила. Так увлекла их игра. Он вновь прицелился. Прозвучало два хлопка. 9-миллиметровые пули бесшумной винтовки, пробив стекло, не разбив его на куски, вонзились в головы играющих. Мгновение — и Москвитин уже не видел никого в окне сторожки. Выждав полминуты, на тот случай, если рядом с игравшими охранниками находился еще кто-то, кто мог попытаться открыть ответный огонь, майор рванулся к первой калитке в воротах сарая. Сторожка между тем молчала. Третьего боевика в ней не оказалось. Ворвавшись в сарай, Москвитин увидел трех человек, склонившихся над двигателем одного из «Жигулей». Что-то не были похожи эти горцы на боевиков, да и оружия при себе не держали, но участь их с началом штурма была предрешена. Выполнявший боевую задачу майор не должен гадать, боевики перед ним или обычные, мирные жители. Раз они оказались на объекте отработки, их следовало уничтожить. Что Андрей и сделал тремя короткими очередями, отбросив простреленные тела «ремонтников» от машины. Резко развернулся по оси, цепляя острым взглядом дополнительные цели. Таковых в гараже больше не было. Вот эта легкость, с которой Москвитин расчистил себе путь к главному заданию, породила ощущение тревоги. Вместо азарта Андрей сейчас испытывал нечто похожее на недоумение. Но останавливаться, вновь просчитывая сложившуюся обстановку, он по тактике действия диверсанта-одиночки не имел права. Он обязан был продолжить работу, оставив анализ штурма на потом, когда задача будет выполнена полностью.