Ей совсем не улыбалось торчать посреди пустой улицы, привлекая внимание к своей персоне.
Усевшись на место, она с ненавистью посмотрела в сторону видневшегося из-за кустов дома и, не удержавшись, тихо прошипела:
— Я всё равно своего добьюсь. Даже, если мне придётся вас всех на запчасти разобрать.
Агент вернулся через двадцать минут и, одарив всех своей фирменной улыбкой, радостно сообщил:
— Нашёл! Место отличное. И к дому близко, и из дома не увидят.
Подчиняясь команде Ширли, агенты принялись выгружать из фургона оборудование.
— Что-то не так, профессор? — осторожно спросил жизнерадостный агент.
— Всё не так. Они уселись с той стороны дома, а эта рухлядь не может пробить сразу столько стен. Что-то создаёт очень сильные помехи.
— Тогда, может, стоит подождать, когда они вернуться в холл? — всё так же осторожно предложил агент.
— А может, вам лучше заткнуться, агент?! — рявкнула в ответ Ширли.
Пожав плечами, парень отошёл к своим друзьям и, быстро им что-то сказав, исчез в кустах. Уперев ладони в бёдра, Ширли смотрела на дом так, словно хотела пронзить его стены взглядом насквозь.
Они просидели в кустах до самого вечера. Отбросив эмоции, Ширли продолжала упорно пялиться на экран монитора. Не обращая внимания на многозначительные взгляды подчинённых на часы и на их негромкие предложения съездить за пиццей и кофе, она с упорством, достойным лучшего применения, продолжала ждать.
Ближе к полуночи, когда свет в доме потух, она неожиданно встрепенулась и, тихо приказав подчинённым взять несколько аппаратов прямо в работающем состоянии, направилась к дому. Сообразив, что она собирается делать, агенты дружно повертели пальцами у висков, но, понимая, что деваться всё равно некуда, дружно потащили указанные ящики следом за ней.