Дух отвернулся, и до меня донеслось едва слышимое: «Убрать тело».
Дух исчез через миг, а у меня сердце пропустило удар. Тело?
Сглотнув, я опустил взгляд на лежащего в неудобной позе Ховала. Мёртв?
Полотнища флагов опали, больше не раздуваемые незримым ветром, в их круг торопливо заскочили сразу три человека. Один из них коснулся Ховала ладонью и тот исчез, лучше всяких слов отвечая мне — мёртв, живого нельзя спрятать в артефакт Путника. Двое других слуг засуетились, натирая пол техниками, словно… словно Ховал испачкал его одной только своей смертью.
Я прикрыл глаза и опёрся затылком в стену, пытаясь её прохладой унять жар ненависти. Ублюдочный безумный дух.
Когда-то давным-давно, в безымянном поселении, в самой большой заднице Нулевого круга я проходил испытание унижением.
Затем, во времена услужения в поместье Саул, я проходил испытание болью, познакомившись со столбом Боли.
Но никогда даже предположить не мог, что мне придётся проходить испытание чужими пытками.
Безумный дух сдержал своё обещание и вернулся на следующий день, сразу, без разговоров схватив ещё одного из собратьев и утащив его в формацию своего безумного ритуала. Ритуала, который убил его всего за двадцать вдохов. Или за целых двадцать вдохов невероятных мучений, которые до последнего мига заставляли его кричать.
По одной жизни в день. Мы уже знали, спустя три тысячи вдохов после рассвета, когда сияние солнца, бьющего через центральное отверстие в куполе, наберёт силу, появится дух и заберёт одного из нас.
В вечернем свете, за триста вдохов до того, как зажгутся артефакты света, слуги поили нас. Делая вид, что не слышат вопросов и не смотря нам в глаза. Я пытался не только разговорить их, но и дотянуться до них своим талантом, но… Безнадёжно. Я был полностью лишён всех своих сил. Я не видел глубины их силы, я не видел, есть ли над ними печати или же они служат безумному духу искренне и без принуждения.
Я был полностью беспомощен.
И только ненависть горела во мне с каждым днём всё сильнее и сильнее, пылая в груди раскалённым шаром.
Спустя три дня и три жизни от начала безумия дух задумчиво произнёс, стоя над телом Юнлиса:
— Пожалуй, не стоит спешить, пусть это выглядело многообещающе, но раз возникли сложности, стоит вернуть уже отработанное. Старое, но верное воздействие. Да, это нужно обдумать.