— Только Орден не понимает, насколько дырявая их ширма и как жалко выглядят их попытки обмануть меня.
— Старший, — начал было Седой.
Но я вскинул руку:
— Помолчи.
— Да, молодой глава, — сделал шаг назад Седой.
Улыбка Стража Холгара стала только шире:
— Красиво, но всё так же жалко.
Но я не и подумал смущаться.
— Старший, вы ошибаетесь. Во всём. Орден Небесного Меча распущен и не существует.
Страж Холгар поднял брови:
— Да? Кто же твои старейшины? — он поднял руку и повёл ей, тыкая пальцем.
— Да, это их имена и прозвища. Но прежде всего они люди, которые потеряли смысл жизни. Я дал им новый смысл и Орден для них остался в прошлом.
— Ты? Дал смысл? — Страж Холгар рассмеялся. — Ха-ха-ха!
Я дождался, когда его смех стихнет, и повторил:
— Да, всё так. Когда я встретил Аранви, он был потерявшим смысл жизни стариком, который пытался купить зелье, которое поможет протянуть ему ещё пару лет и не скатиться на этап Предводителя.
Улыбка застыла на лице Стража Холгара, он перевёл взгляд на Седого и повторил:
— Стариком…
— Верно. Седым, уставшим стариком едва ли второй звезды Властелина. Я, — я постучал себя в грудь пальцем и с нажимом повторил. — Я! Я вылечил его. Я заставил его задуматься, что пора пожить для себя. Перестать шляться по Цветочным Павильонам, найти жену, — Седой издал какой-то странный звук, но мне не было до него дела, я впился взглядом в Стража и продолжал давить, — завести детей, перестать рисковать жизнью ради какого-то чужого клана Кунг, а жить ради новой фракции, в которой я предлагаю ему место.
— И я должен тебе поверить?
Если он думал меня смутить, то ошибался,"
"— Старший, а почему вы не должны мне верить? Сотни людей, сам глава фракции Морлан были свидетелями, как Аранви привёл ко мне остатки распущенного Ордена. Как я предложил им, израненным, сжёгшим года на Поле Битвы, лечение и новый смысл жизни. Эти сотни людей видели, как остатки распущенного Императором Ордена раскололись окончательно.
— Допустим, — медленно произнёс Страж Холгар.
Я скрипнул зубами. Допускает он.
— Старший, вы же… — едва успел осадить себя, чуть не назвав его Наказующим. Вряд ли это знание так уж широко известно.