Мир крепко спал, тихо дыша, и я в первую секунду перепугалась: он же совсем загнал себя в эту неделю! Я, Банф, Совет Правящих, снова я… На мою вспышку беспокойства он нахмурился во сне и едва слышно застонал, но это все, на что его хватило. Даже у такого зверя, как он, имелся предел запаса прочности.
Я тихо выскользнула из его рук, наведалась в ванную, потом в мини-бар за пакетом апельсинового сока… Крупные хлопья тыкались в окна, было тихо и уютно, но одиноко. Меня тянуло обратно к Миру. Предвкушение и жажда рождались в груди, вибрировали, дергая кончики нервов все сильнее… Я тихо вошла в спальню, не спуская взгляда с мужчины.
Страх… Но теперь он был другим — я все еще его опасалась, но уже не представляла себя без него. За несколько дней зверь вырвал меня из оцепенения и заставил жить — ярко, эмоционально, на полную катушку, срываясь с этих самых катушек.
Я осторожно залезла на кровать и придвинулась к нему ближе. Мир спал на животе, его плечи еле заметно приподнимались на вдохе. Коснулась пальцами плеча, пробуя передать энергию напрямую — бесполезно. Сконцентрировалась — вот же она, бьется в венах, а к нему не течет! Досадливо засопела, хмурясь.
И вдруг я ясно почувствовала легкую пульсацию, прошедшую через пальцы.
— Черт, — выругалась тихо.
— Не останавливайся, — прошептал подопытный, слабо улыбаясь с закрытыми глазами.
И я капитулировала. Подсела вплотную, скрестив ноги, и пустилась в исследования уже двумя руками. Мышцы зверя казались налитыми напряжением, хотелось продавить посильней, разжать и расслабить… и через пальцы снова потекло тепло.